Первое что поразило меня по прибытии на новое место обучения, так это полное отсутствие охраны. Ни ограды, ни постов, ничего. Обычная такая среднестатистическая русская деревенька, затерянная в чаще леса, с единственной разбитой дорогой ведущей к ней. Впрочем, назвать эту колею, пробитую колесами в грязи и замерзшую к зиме дорогой, мало у кого повернулся бы язык. Деревенька насчитывала всего около десятка домов, выглядевших на удивление презентабельно и добротно, будто их построили совсем недавно. Особняком выделялся огромный двухэтажный домина. В обычной ситуации я бы подумал, что это клуб или какое-нибудь здание колхоза, оставшееся еще с советских времен и заселенное за ненадобностью, однако новизна и знание что здесь все-таки находится, не располагали к поспешным выводам.

Владимир, виртуозно огибая невидимые под снегом ямы, подкатил как раз к этому зданию. Мы уже выходили из машины, когда из него нам навстречу вышел здоровенный мужик. По-другому и не скажешь. Он был чуть ниже моего учителя, то есть имел в росте примерно сто восемьдесят — сто восемьдесят пять сантиметров, однако был такой ширины, что выражение «косая сажень в плечах», можно было смело опустить за недостаточное отражение действительности. Обычные волосы, ни короткие, но и не длинные, ярко зеленые глаза, спокойное выражение лица, гладко выбрит. Квадратная челюсть прямо-таки не давала даже намека на легкую щетину. Одет очень просто: армейские сапоги, серые штаны и расстегнутая на груди короткая дубленка на голое тело. Причем все это не смотрелось как-то показушно или вульгарно. Просто обычный русский мужик, который ходит у себя по двору, так как ему удобно.

Тем временем беззастенчиво рассматриваемый мной человек спустился с крыльца и, пожав руку Владимиру, протянул здоровенную ладонь мне:

— Духобор.

— Дима, — мои пальцы хрустнули в мощной лапе заведующего лабораторией, — очень приятно.

— Мне тоже. Давненько у нас учеников не было, — серьезно кивнул он и, повернувшись к Владимиру, добавил, — Алиса уже и не знает на ком свои наработки пробовать.

— Алиса? — не понял я.

— Это моя дочь, — пояснил он, обернувшись, — она у нас один из лучших преподавателей. Даже педагогический специально для этого закончила.

О Боже, если это окажется второй Альцман, только в юбке, то мне кранты. Теперь понятно, почему сюда Илья ехать не захотел. Работы у него много, ага, как же.

— Ладно, пойду пока парню твоему экскурсию по базе проведу, — решил нач. лаб., - ты с нами?

— Нет, — покачал головой мой учитель, — пойду Антона навещу, узнаю как там дела.

— Да что с ним будет, — пожал плечами тот, — отдыхает, тренируется, Льет за ним присматривает. Ну да это твое дело конечно, заходи потом ко мне — поболтаем.

— Обязательно, — кивнул тот, уже поднимаясь по крыльцу к двери.

— Ладно, пойдем, — хлопнул меня по плечу Духобор, — покажу тебе, где у нас что.

Следующие полчаса, мы ходили по всему комплексу, изучая местные достопримечательности. Духобор, не смотря на свой мрачный внешний вид, оказался добродушным дядькой и обладал весьма незаурядным умом. Как оказалось, при основании Сибирского филиала одаренных, он вместе с Митровым был переведен сюда из Москвы на постоянное место работы. А так как он мастерски разбирался в биологии и ботанике, обладая помимо степени доктора медицинских наук, еще и весьма сильным даром, то вопрос о том кого же назначить на должность главы леших даже не стоял.

Со временем база ширилась и росла. В Сибири оказалось на удивление много одаренных, со склонностью именно к дару целительства. Нет, конечно, каждый одаренный, по сути, был универсалом, после обучения мастерски владеющий своим телом, но все же был и такой фактор как природная предрасположенность. Например, все же умеют готовить. Кто-то лучше, кто-то хуже, но умеют все. И среди них всегда находятся такие люди, у которых это получается намного быстрее и качественнее, чем у других, плюс ко всему они получают от этого удовольствие. Так и среди одаренных. Уметь ты можешь многое, но что-то у тебя получается обязательно лучше, а значит это и есть твое призвание.

Сама база, как я уже говорил, располагалась глубоко в лесу, но, не смотря на это, деревья были вырублены только для строительства главного дома. Остальные же, более мелкие домики, стояли, втиснувшись между стволами. Причем никакого чувства тесноты это не вызывало, все было сделано хоть, и просто, но со вкусом и гармонично.

К моему удивлению в главном доме жила охрана, следящая за единственной дорогой ведущей в поселение и присматривающая за складами, расположенными там же. Маленькие домики, предназначались для штата младших научных сотрудников, аспирантов и небольшого числа обслуживающего персонала.

— А где же ваш знаменитый научный комплекс, центр реабилитации и прочее? — слегка разочарованно поинтересовался я концу нашей прогулки, — под землей, что ли?

— Нет, — усмехнулся Духобор, — дальше в лесу, тут недалеко. Тебе дочка чуть позже все покажет, а то она меня не простит, если я ее опережу. Хочет кое-что проверить.

Видимо все мнение по этому поводу явственно отразились на моем лице, потому что он хохотнув, опять хлопнул меня по плечу и пояснил:

— Да не бойся ты! Она не твой Альцман, чтобы над людьми опыты ставить. Она педагог, вот и хочет свои наработки на тебе проверить. Преподавательские, подчеркиваю. Так что не тушуйся. Пойдем, лучше перекусишь с дороги, да с ней пообщаешься.