— Понял, говорите их имена и адреса, мы всё проверим. С этого бы и начали!

Полиция отреагировала немедленно, выехав на следующий же день, как только был оформлен соответствующий протокол, едва не потерявшийся среди кипы бумаг. Двое полицейских, которых коллеги называли Пинки и Брейн, поднимались по лестнице к пункту назначения — квартире Игараши Хикару.

— А я тебе говорю, что это точно серийный убийца!

— Ерунда, просто подростки решили подшутить, не видел что ли, что они накурившиеся были!

— Но если всё-таки эти двое стали жертвой одного человека, у нас уже будет три трупа, а значит, он серийный убийца!

— Я тебя умоляю, ну кто в наш век, где можно спокойно и безнаказанно убивать в компьютерных играх, пойдет резать языки направо и налево каждому прохожему?

— Ничего ты не понимаешь!

Один постучал в дверь, другой нажал на звонок, продолжая свой пылкий спор. Но никто не удивился, когда дверь открыл худой, заспанный юноша в потёртой растянутой майке с пятном от соуса на сердце.

— Простите? Чем я могу помочь? — заспанно спросил он, смачно щёлкнув челюстью.

— Мы разыскиваем Игараши Хикару, — скептически оглядев типичного «хики», полицейский Брейн потянулся за трубочкой для проверки трезвости.

— А, так это я, — неловко почесав за ухом, хрюкнул от смеха Игараши. — А что, собственно, случилось?

— Ну, собственно, случилось то, что ваши друзья уверяют, что вы первая жертва серийного убийцы, — объяснил «Пинки». — Где вы были в ночь на семнадцатое июля?

— Я? И жертва? — будто подобное возмутительное заявление смогло его наконец-то разбудить, Хикару показал на себя пальцем, но вместо того, чтобы рассмеяться, как подобает в таких ситуациях, простодушно махнул рукой. — Ай, ребята, ай, негодники. Семнадцатого июля мы с друзьями были на косплей-фестивале. Ну, немного перебрали, понимаете же, дело молодое. Ну, а после разбежались.

— Но они также утверждают, что пропала и ваша общая подруга Яманака Кимико.

После произнесённого имени Игараши неловко засмеялся, зардевшись как первоклассник, застигнутый за маленькими шалостями, и обернувшись назад, крикнул, как бы тихо, но достаточно, чтобы все услышали:

— Кимико, не могла бы ты выйти на минутку.

Тяжкий вздох и тяжёлая поступь никак не вяжущаяся с девушкой, которой было суждено предстать перед полицией. Одо Наоки, обучающий Игараши вампирским премудростям, явился на порог с тяжёлым взглядом и скрещенными руками. Пройдя вперёд, он взглянул в глаза шокированной парочке полицейских, проскрипев сквозь зубы:

— Это я Яманака Кимико.

В глазах полицейских представший статный мужчина превратился в невысокую заспанную девушку в одной футболке, что скромно перебирала спутанные локоны.

— Оу, — понимающе одновременно вздохнули Пинки и Брейн. — Вот оно что.

— Да-а, дела молодые, — развел руками Игараши. — Сами понимаете. Мы с Кимико решили уединиться на недельку и никому не говорить. Но ребята явно всё не так поняли.

— А вы точно пара? — вдруг решил включить полицейского Пинки.

— Нам что, поцеловаться? — закатил глаза Наоки-Кимико.

— Мы не в загсе, знаете ли. — Игараши едва не задохнулся от подобной перспективы, но чтобы выглядеть максимально убедительно, приобнял свою даму сердца, счастливо улыбнувшись. Наоки оставался с беспристрастной холодностью и высокомерностью, даже бровью не повёл, когда его чмокнули в щеку.

— Да, думаю, что нам пора, настоящие преступники ждут. — И коротко чирикнув о найденных подростках, полицейских удалились.

***

Мари Ли казалось, что она потеряла часть себя — ведь с Кимико они были не разлей вода, вечные подружки-хохотушки, безумные фикрайтерши, которые шипперили и трахали в своём творчестве всё, что движется в любом формате.

Никто не поверил Кимико о тетради смерти, даже Мари не поддержала её, и сейчас, возвращаясь домой с очередных серо-скучных пар, Ли готова была окунуться в привычный мир, лишь бы не думать о страшной участи подруги.

Привычный мир Мари из груды мусора и хаоса, который она называла натюрмортом вдохновения для творческой тонкой души, по всей квартире. Закупленных на неделю фастфудов и рамена быстрого приготовления, да священного ноутбука, где хранился кладезь всех тайн НЦ-17, о которых не было известно даже самому заядлому извращенцу.

Вот только по возвращении домой Мари встретил отнюдь не привычный бардак, а чистые, лощеные полы, сверкающие, точно полированный алмаз. С перфекционистской точностью расставленные по полочкам вещи, застеленная в кое-то веки постель с выстиранным бельем. Благоухающие ароматы цветов, расставленных по комнате, кружили голову. Сумка и пакет с раменом рухнули на пол, Мари с открытым ртом, озираясь не незнакомые убранства, пыталась понять, в чём подвох. Не свихнулась ли она от стресса, раз видит свою квартиру чистой.