— Тогда в другой раз?

Его вопрос был обыденным, но он не смог скрыть проблеск надежды в своих глазах. И мне стало очевидно, что, должно быть, он чувствовал себя одиноко здесь наверху, невзирая на то, что каждого прогонял прочь.

Моя улыбка стала шире.

— Несомненно. Мне требуется практика, если я собираюсь выиграть у тебя.

Из него вырвался смешок, впервые с момента нашего знакомства.

— Тебя ждет непочатый край работы.

Он помог собрать фишки, положив их в коробку и протянув её мне. Я подалась вперёд, чтобы забросить в коробку свои фишки и мои пальцы коснулись его руки.

Мертвецкая тошнота внезапно атаковала меня. Моё сердце забилось неровно, а кожа стала ощущаться так, словно по ней расползались холодные влажные твари. Я содрогнулась и откинулась на спинку кресла, когда капельки пота выступили над верхней губой, и чернота поплыла у меня перед глазами. Жадно хватая ртом воздух, я крепко ухватилась за край стола и попыталась отбиться от обморока, грозившего поглотить меня.

— Тебе нездоровится? — голос Десмунда прозвучал встревоженным, и он потянулся ко мне.

— Я в порядке!

Я умудрилась встать до того, как он смог прикоснуться ко мне. Если этот ужасный приступ был от лёгкого касания, я не хотела знать, что вызовет длительный контакт. Похоже, он не заметил истинную причину моего бедственного положения, и я не хотела тревожить его. Я одарила его слабой улыбкой.

— Мне, наверное, не надо было пропускать ужин.

Он нахмурил брови.

— Я могу попросить, чтобы тебе принесли еду сюда, если пожелаешь.

— Спасибо, но я смогу захватить кекс в обеденном зале по пути в комнату, — убежденным он не выглядел. — У меня всё хорошо, правда.

Он встал и последовал за мной к двери.

— Ты всё ещё выглядишь бледной. Ты точно уверена, что не хочешь присесть и немного отдохнуть?

Я послала ему, как я надеялась, ободряющую улыбку.

— Я уже чувствую себя гораздо лучше, — это отчасти было правдой; моё тело уже восстановилось от странного недуга, хотя, невзирая на это, меня до сих пор немного перетряхивало. — Мы ещё увидимся.

Я выбежала из библиотеки и поспешила в сторону лестницы. Какого хрена это было? Мохири не имеют особых дарований — за исключением, если они не были некого рода полукровками, как я — но я определённо почувствовала что-то не совсем здоровое, когда прикоснулась к нему. Что если он был нечто большим, чем просто Мохири, или могло ли это быть связано с его заболеванием? Мне надо спросить у Тристана об этом, как только я снова его увижу. Если Десмунд был опасен, было бы глупо проводить с ним время наедине. В этом не было никакого смысла, потому что Тристан побуждал меня узнать Десмунда получше. Я обнаружила, что испытывала надежду, что слишком остро отреагировала, поскольку Тристан был прав; мне на самом деле понравился Десмунд, как только я узнала его.

Глава 5

— Слышал, вчера на тренировке произошёл некий инцидент.

Тристан всматривался в меня поверх бокала красного вина. Это был наш первый разговор с момента, как мы познакомились два дня назад, и у нас был ужин в его апартаментах. Я до сих пор не была уверена, как воспринимать внезапное появление дедушки в своей жизни — в особенности, отца Мадлен — но я старалась преодолеть свои опасения и дать нам шанс узнать друг друга.

Я оторвала взгляд от салата, приготовившись оправдывать свои действия. Я не была удивлена, что Селин выразила недовольство по поводу меня. С той самой минуты, как только она заговорила, она дала ясно понять, что я ей не нравлюсь. Я всё ещё придерживалась своего решения не убивать базератов, невзирая на то, что они были демонами. Суть демона не делала их, по существу, злом, как вампиров. Мир полон демонов и многие из них скорее нарушители покоя, нежели истинная угроза. Я привыкла жить в доме, заражённом импами, и хотя иногда они были надоедливыми, они никогда не выказывали никакой настоящей злобы.

Роланд со мной не согласился, когда я прошлым вечером рассказала ему о базератах. Оборотни чаще обладали черно-белым взглядом на мир, когда дело касалось демонов, даже, несмотря на то, что мои друзья сделали ради меня исключение. Роланд считал, что я должна была убить базератов, и меня терзало, что, по-видимому, он встал на сторону Селин. Мы спорили по этому поводу как минимум минут тридцать, прежде чем согласились не соглашаться во имя мира. Его особенно заинтересовало, как я ударила базератов разрядом и ввела их в бессознательное состояние, независимо от того убила я их или нет.

— Ты на самом деле метнула нож в Селин и подстрекала других стажёров отказаться выполнять задание?

У меня в изумлении приоткрылся рот.

— Я ни в кого не метала нож. Я бросила его на землю. И всё, что я сказала, так это, что не верю в бессознательное убийство. Ладно, может быть, я и сказала Терренсу, что проще что-то убить, чем поймать это, но не более того, клянусь.

Смех Тристана застал меня врасплох.

— Селин всегда имела склонность к драматизму. Она опытный воин и хороший инструктор… по большей части.

— Видимо я застала её во время одного из её состояний «простоя».

— Селин… ну, просто давай скажем, что она лучше во взаимоотношениях с мужчинами, чем с другими женщинами, — он поставил бокал на стол. — Я могу с ней поговорить, если пожелаешь.

— Нет, я самостоятельно могу с этим справиться. Она не хуже, чем некоторые девушки, с которыми я была знакома в старшей школе.

Он вскинул брови.

— Старшая школа, похоже, весьма опасное место.

— Ты не представляешь.