Шрифт:
Валентина с зажатым в руке билетом вышла через ту же дверь, подхватила Алексея и очень, ну очень независимо прошла мимо потеющих милиционеров. Они зашли в камеру хранения. Взяли чемодан сибиряка.
– А твои вещи? – вспомнил Фаломеев про даму.
– Новую жизнь надо начинать с новыми вещами. И потом там моя одежда не пригодится.
– Напрасно. Мне твое платье понравилось, – вздохнул Фаломеев.
– Потому что прозрачное?
Фаломеев чуть не поперхнулся.
– Потому, потому… Дурачок. Что же я, не знала его особенностей? Ему семь лет в обед. Новое купим. Еще прозрачней.
Сибиряк крякнул.
Они пересекали зал ожидания, когда их догнала Алика. Виолетта внутренне напряглась. И напрасно. Алика протянула Алексею часы.
– Вот, возьмите, вы раздаривали всем, а. я подруге сказала, что нехорошо брать, если человек выпил. Ведь вы не от души. От вина.
– Почему не от души? Если я чего даю, то всегда от души, – обиделся Фаломеев и по-детски спрятал руки за спину.
– Берите, Алика, на память. Они мужские, но это даже модно сейчас. Берите, если бы не вы с шампанским, мне этого медведя ни в жизни не завалить. А у вас все будет тип-топ. Это счастливые часы. Поверьте. От души.
Они ушли, оставив Алику с часами. Алика сняла свои, поискала глазами урну и, не найдя, подала уборщице:
– На, Матвеевна, дарю…
– Господь с тобой, ты чего?
– Бери, бери, мне другие подарили, счастливые.
– У молодых все счастливые, – сказала Матвеевна, но часы внучке взяла – почему не взять. От души.
Фаломеев и Валентина вышли на перрон.
– Скажи, о чем ты мечтал, ну скажем, еще лет пять назад? Какую бы женщину хотел? Я такая? – спросила она.
– Нет.
– Да ну, я думала, я – женщина твоей мечты. Романтично. О какой же ты мечтал? – не отставала Валентина.
– О проститутке.
Если бы в тот момент они ехали на автомобиле и она была за рулем, непременно побились – так резко она остановилась.
– То есть?..
– Я думал, вот приеду когда-нибудь в Москву, подберу несчастную и женюсь.
Она мне детей нарожает, хозяйством займется и все такое…
Валентина согнулась пополам. Ее начал трясти смех. Нет, не смех – хохот, переходящий в истерику. Сибиряк перепугался.
– Ой, не могу…
На них оглядывались.
– Ой, не могу… Начитался… в библиотеке… Буран был… Запчасти не привезли…
Наконец она успокоилась, но временами нет-нет да проскакивала смешинка.
– Глупый. Это только в кино проститутки в заботливых матерей превращаются.
Не знаю, может, и мечтают, но уже никогда ими не станут. Ремесло свое берет.
Сказывается. Затягивает и не отпускает. Может, и были в истории экземпляры.
Один-два. Их описали и в качестве флага да еще слезу выжать используют. Почему бы клиенту не поплакаться, авось накинет.
Фаломеев недоверчиво покосился на Валентину.
– Какой же ты у меня…
– Какой?
– Добрый. Вот какой.
Виолетта краем глаза увидела лейтенанта милиции, который вел под руку Оксану. Сначала она подумала, что кассиршу тоже взяли. Но, присмотревшись, поняла, что ошибается. Ну и правильно, нечего со стариком тереться.
Сама счастливая, она и в других видела счастье.
Глава 59
СОБИНОВА
Она ждала, что Ларин придет, она только не думала, что он будет так зол.
На словах Нины Андреевны: «Электричка из Кустова прибывает к десятой платформе. Раньше там были красивые леса, а теперь…» – Ларин влетел, выхватил из рук Собиновой микрофон и закричал:
– Все! Хватит! Доболтались!
Собинова мягко, но настойчиво вернула себе микрофон и договорила:
– … а теперь соорудили какой-то завод, испортили природу. Но люди там хорошие.
После этого щелкнула тумблером и сказала спокойно:
– Слушаю вас, Виктор Андреевич.
Как ни странно, Ларин и сам немного успокоился. Он сел на свободное кресло, вперил взгляд в мальчикового вида женщину и спросил:
– Вы замужем?
– Нет.
– Понятно. Я так и думал.
– Вы могли справиться в отделе кадров.
– Нечуток, каюсь. Но сейчас не обо мне речь.
– Обо мне.
– Именно. Вы знаете, Нина Андреевна, сколько вы сегодня наговорили людям глупостей?
– Нет. Сколько?
– Много.
– Каких конкретно? Если не трудно, перечислите хотя бы три.
– Зачем вот сейчас вы говорили про Кустово? Про природу, про хороших людей?
– Это что, глупости, по-вашему?
– Да! Это глупости. Это отвлекает людей…
– От чего?
– Они пришли на вокзал, чтобы точно и в срок отправиться в пункт назначения. Они пришли, чтобы просто уехать.