– Увэээ итуу...
– рука, появившаяся из-под ткани, попыталась столкнуть неугомонного гостя, но лишь неловко ткнула пальцем, после чего махнула и скрылась.
– Ищоо отно хуареку и вштаю...

– Последнее предупреждение, Лира, и я выпускаю когти.

Угроза подействовала. Накидка отлетела в сторону вместе со зверем, а причина кошачьих издевок уселась на сене, грозно воззрев пустоту.

Девушка, облаченная в светлую мужскую рубашку с короткой безрукавкой и серые порты, раскрыла воспаленные веки повторно, ибо в предыдущий раз они тут же закрылись. Весенняя свежесть лишь готовилась уступить место летней духоте. Она пробуждала. Во дворе закричал петух и тогда Лира открыла глаза в третий раз, а после решительно сползла на землю. Кот не мог не заметить темных кругов под глазами спутницы. От взгляда не укрылись и пятнышко на носу, которое за последний месяц увеличилось до размера гороха.

Лира направилась во двор, чтобы умыться и испить воды из колодца. Ритуал, повторяемый уже более десяти лун. Кот семенил рядом. Из окна дома тянуло свежеиспеченным хлебом. Живот Лиры заурчал.

– Лииир! Лииир, поди сюда, - крикнула хозяйка из окна.

Кот заметил, как дрогнула подруга, покрываясь мурашками. Зов не сулил ничего доброго.

– Да, госпожа?
– откликнулась девушка.

– Бездельник, - проскрипела нанимательница.
– Давно пора в поле быть! К приходу господина Варгаса нужно накормить всех овец, слышишь?!

Лира сглотнула, кивая.

– Все мужу расскажу! Останешься без монет.
– женщина погрозила кулаком.
– Еще и хлева убираешь из рук вон плохо! Только попадись мне до вечера!

– Я не попадусь, - заверила Лира.

И верно, пропадая на пастбище до обеда, а после на городской ярмарке до темноты, тяжело оказаться еще и здесь. Но попытки сообщить о том, привели только к новой череде ругательств, которые Лира мужественно стерпела грудью, удаляясь по одному шагу в сторону овец.

*

– Она даже не знает, как выглядит этот хлев!
– в сердцах бормотала Лира, пробираясь на пастбище в компании кудрявого скота.
– Ни разу не заходила!

Солнце припекало и только редкие прорывы ветра охлаждали тело. Дороги Сушграда покрывал песок. Он напоминал жителям о бескрайних пустынях, что лежат за Трелучием, стоит только спуститься южнее. Прошел почти год с тех пор, как Лира отправилась в странствия, покинув племя кочевников - одно из сотен, населяющих север и ей по-прежнему досаждала сухая погода.

Они покинула врата, выбираясь на пастбище.

– Ты сама хотела избежать привязанностей, - поучительно напомнил кот, бредя рядом.
– В пору радоваться. Такую точно не хватит удар за обедом.

– А жаль, - вздохнула Лира.
– Не хочу я жить среди таких, как она.

– Тогда стоит подумать о смене города, - парировал кот.
– Сколько лун мы уже здесь, не напомнишь? А о драконьем острове ни слова не писано. На ярмарках только и трещат о помещике, который скупает овец по всему Трелучию! Фе... сдались ему эти глупые твари.

– Ты несправедлив к ним.

Лира не сочла нужным пояснять, о ком идет речь. Она плюхнулась на траву, позволяя овцам разбрестись по кругу. Животные знали ее и не могли уйти далеко. Оставалось ловить взглядом желающих разбогатеть на чужом добре и похитить скот. Лира достала из походной сумки вчерашний хлеб, изъяла из сапога кинжал и принялась отрезать кусок за куском, отправляя в рот.

– Будешь?
– предложила она, на что кот скривился, точно его мордой опустили в чужие проблемы. Толстая муха уселась ему на ухо, и он почесался, сгоняя насекомое, а затем попытался словить ее ртом. Дети со всей округи сгоняли коров и коз на утренний выпас. Овец им теперь не доверяли, предпочитали нанимать рабочих или выводили сами.

– Помимо прочего, пока мы сидим на одном месте, найти нас проще простого!
– продолжил он.
– Одного заклинания будет достаточно! Впрочем, о чем это я, без тренировок ты уже давно забыла, как пользоваться магией! Ирлианд, покойся душа его, не мог ошибиться в твоем потенциале, но ты плюнула на его старания, и...

– Тшшш...
– в глазах собеседницы он прочитал ужас, а щеки ее замерли, забитые не дожеванной мякотью. И верно, услышат селяне разговор и погонят плетьми в жерла Инквизиции. Остается только догадываться, кто больше их удивит - ведьма, притворяющаяся мальчишкой или говорящий кот. Друзья безмолвно огляделись. В сторону Лиры недоверчиво смотрела девочка лет пяти. Но все еще, не разубедившись в чудесности мира, только помахала рукой. Лира дружелюбно ответила тем же, а после осторожно положила руку на сумку. Так дотрагиваются до живота беременной женщины, чтобы почувствовать связь с утробным "миром".

– Я каждый день изучаю книгу, которую он оставил, - продолжила колдунья негромко.
– И каждый раз собираюсь опробовать хоть что-то, сложнее шарика света. У меня даже пальцы сводит. Но стоит вспомнить, как мы бежали от них в прошлый раз и сразу пропадает любое желание...

– Да, девочка, тогда мы еле укрылись, - вздохнул кот, и только Лира подумала, что воспоминания помогут им сменить тему, как он строго добавил.
– И заметь, все из-за твоей несдержанности!

Лира всплеснула руками.