– Думаю, что смогу, - кивнул парень. – Кое-что уточню у Макса, да и старики наши, если что помогут. Не беспокойся, справимся тут без вас, должны справиться.

– Хорошо, - кивнул я в ответ. – Надеюсь на тебя Жека.

Парень кивнул и о чем-то задумался. Так в тишине, мы и вернулись назад в ангар. Я убедился, что уазик свободен, и долго не думая завалился спать прямо на пол в заднем отсеке. Постелил кучу шмоток, одеял, и, не раздеваясь, провалился в легкую дрему, которая почти сразу перешла в полноценный сон.

Сознание возвращалось нехотя, словно я застрял в темном омуте, и липкие нити чего-то черного не желали выпускать меня наружу. Разлепив тяжелые веки, я долгие пять секунд не мог понять, где нахожусь. Ущипнув себя за ногу, я убедился, что это не сон, и с тяжелой головой принял сидячее положение. Спать хотелось неимоверно, и все произошедшее казалось лишь сном. Но сосредоточившись, я ощутил на краю сознания воздушное копье, и тяжело вздохнул. Значит, тьма все-таки не сон. Кряхтя, словно старый дед, я выбрался из таблетки и оказался посреди практически полной тишины. Лишь тихое тарахтение генератора, закрытого в одном из дальних помещений, да мерное гудение осветительных приборов, нарушало покой. Пройдя немного вперед, я убедился, что все спят и только зло выматерился. Никто не сидел на страже, никто не караулил дверь, и никто не следил за обстановкой. Кажется, люди почувствовали себя в безопасности, и совершенно расслабились. Я быстро прошел к водительскому месту таблетки, и завел ее, после чего, нажал на сигнал и с долей садистского удовольствия наблюдал, как подрываются все постояльцы ангара.

– Вы че, мать вашу, совсем ахренели? – заглушив машину, и выйдя наружу, заорал я.

– Серый, успокойся, - не понимая, махнул Женя. – Мы за крепкими стенами, свет есть. Люди устали, всем нужен отдых, не шуми.

– Жека, ты-то с какого хера так отупел? – смотря в глаза другу, спросил я. – Тебе напомнить, какие отморзки ходят по земле? Мне растормошить твою память о далеком нулевом, или ты сам додумаешься? В сегодняшних реалиях не только твари из тьмы представляют опасность, или ты хочешь, чтоб твой сын и жена стали игрушкой какого-нибудь обезумевшего идиота? Палыч, Андреич, я понимаю, вы пожилые люди, но блин, серьезно? Или мне нужно было стоять на страже вашего сна, а потом ехать в город, чтобы где-то там рухнуть от усталости? Народ, мирная жизнь кончилась, или вы принимаете эти реалия, или очень скоро на ваши жизни я не поставлю и копейки! У меня нет желания в одного тащить на себе весь этот балласт!

– Что происходит? – подойдя ко мне со спины, сонно спросил Макс.

– Да пиздец происходит, - махнул я рукой, и, развернувшись, вернулся в кузов таблетки.

Злость на их тупость все еще бурлила в венах, и если так будет продолжаться, то я оставлю их, и буду выживать сам. На себя я могу рассчитывать, но, как выяснилось, ни на кого другого положиться нельзя. Где-то на краю сознания, я понимал, что они действительно устали, но с другой стороны, более темной, их желание поскорее сдохнуть меня не устраивало.

– Плохо дело? – подойдя ко мне, спросил Макс. – Надо было мне остаться, и подежурить, понадеялся я на них.

– Да, а потом со мной в городе клевать носом? – посмотрев на мужика, спросил я. – Нет Макс, надо было кому-то из них бодрствовать, а не дрыхнуть. Сейчас тот самый момент, который либо переживешь, любо станешь низшей ступенькой пищевой цепи. И судя по всему, у этих нет никакого желания выживать, и это напрягает. Значит, положиться я могу только на себя. И с таким раскладом у меня просто не хватит сил на заботу об остальных.

– Ты чего расшумелся, молодой? – одернул меня голос Виктора Андреевича. – Чего панику поднимаешь на пустом месте? За эти стены ни одна тварь не проберется, а людям нужен отдых! Сам-то, небось, сразу спать увалился. Да и вообще, я бы поспорил, с твоим старшинством.

– Так, - выдохнул я, поворачиваясь к старику. – Хочешь поспорить с моим старшинством? Поднимай свою задницу, и езжай в город. Привози нам оружие и патроны, а я останусь здесь, буду пыль с пола подметать. Как тебе такая идея?

Я намеренно перестал обращаться к старику на вы, так как после всего этого, уважения я к нему не испытывал. Было заметно, как Виктор Андреевич вздрогнул, когда я заговорил про город, а значит, страх перед тьмой пустил в его сердце длинные корни.

– Серый, Серый, успокойся, - подойдя ко мне, произнес Жека. – Сглупил я, сглупил, не заводись. Действительно расслабился что-то. Это ты у нас в армии был и умеешь перестраиваться, а у меня с этим сложно.

– Мда, Серый, что-то и мне взгрустнулось, - провожая взглядом старика, сказал Макс. – Что делать будем?

– К городу готовиться, - пожал я плечами. – Кофе, легкий перекус, и вперед. Времени у нас ни так много, а здесь пусть Жека справляется. Надеюсь, деды его под шконку не загонят.

Ответом мне был смешок со стороны Макса и хмурый взгляд от Женьки. Не знаю, как все сложится, но, кажется, дальше будет только хуже. Придется внимательно следить за своей спиной и поступками окружающих. И если ко всему этому прибавить умения, что дают шкатулки, то становится совсем грустно.

Легкий перекус не занял много времени. Мы сидели и лениво жевали бутерброды, запивая их нормальным молотым кофе. Необходимо было хоть немного, но прогнать сонливость, да запастись силами. Да и чего греха таить, нужно было где-то найти смелость, это я перед людьми строю из себя бесстрашного бойца, а самому до мокрых штанов страшно ехать в город. Даже с этим копьем, от которого толк лишь раз в десять минут, я не слишком далеко продвинулся в плане выживаемости. Один лишь взмах когтистой лапы и все, конец.