— Хорошо, — только удалось ей сказать, и она ушла искать охранников и их лошадей.

Они вернулись молча. Они были молчаливы во время поездки, но это было… подчеркнуто. Тяжело.

Ирэн забыла о том, что она могла сказать во время урока — что она могла забыть. Возможно, видя, настолько активных охранников, напоминало ему о том, чего у него нет. Возможно, просто наблюдая, охранники сами поставили его на этот путь.

Она размышляла над этим, когда они вернулись во дворец, в то время как ему помогал Шен и еще один охранник. Он поблагодарил их сдержанной улыбкой.

Лорд Шаол посмотрел на нее через плечо, утренняя жара поднялась настолько, что заставляла двор задыхаться.

— Ты собираешься подтолкнуть инвалидное кресло, или я могу сам?

Ирэн моргнула.

— Ты можешь перемещать его самостоятельно, — сказала она.

— Возможно, ты должна попросить одну из помощниц сделать это. Или пятерых из них. Или любого другого, которого вы сочтете подходящим, чтобы иметь дело с лордом Адарлана.

Она снова моргнула. Медленно. И не предупредила, когда она зашагала быстрее. Не утруждая себя ожиданием, чтобы убедиться, что он последовал за ней, или как быстро он это делал.

Колонны, залы и сады дворца промелькнули, как пятно. Ирэн так стремилась добраться до комнат, что едва заметила, как кто-то позвал ее по имени.

До тех пор, пока это снова не повторилось, она узнала голос и съежилась.

К тому времени, как она повернулась — Кашин, одетый в доспехи и потный, что показывало, что он, вероятно, тренировался с дворцовыми стражами — подошёл к ней намного ближе.

— Я искал тебя, — сказал он, и его карие глаза немедленно посмотрели на ее грудь. Нет — на пятно на платье. Кашин поднял брови. — Если ты хочешь отправить это в прачечную, я уверен, что Хасар может одолжить одежду, пока его чистят.

Она забыла, что она все еще в нем — запятнанном платье. На самом деле она не чувствовала, что до сих пор была такой же неопрятной. Не чувствовала себя как животное скотного двора.

— Спасибо за предложение, но я справлюсь.

Она сделала шаг, но Кашин сказал:

— Я слышал об убийце в библиотеке. Я организовал дополнительную охрану, которая будет приходить в Торре после заката каждую ночь и будет оставаться до рассвета. Без нашего предупреждения никто не пройдет.

Это было великодушие — в каком-то роде. Таким он всегда был с ней.

— Спасибо.

Его лицо оставалось серьезным, когда он сглотнул. Ирэн готовилась к словам, которые он бы озвучил, но Кашин только сказал:

— Пожалуйста, будь осторожна. Я знаю, что ты ясно дала понять, но…

— Кашин.

— Это не меняет того факта, что мы есть или были друзьями, Ирэн.

Ирэн встретила его глаза. Заставила себя сказать:

— Лорд Вэстфол упомянул твои… мысли о Тумелун.

Кашин на мгновение взглянул на белые ткани, струящиеся из соседнего окна. Она открыла рот, возможно, чтобы наконец-то, предложить свои соболезнования, попытаться исправить ту вещь, которая сломалась между ними, но принц сказал:

— Тогда ты понимаешь, насколько ужасной может быть эта угроза.

Она кивнула.

— Я знаю. И я буду осторожна.

— Хорошо, — просто сказал он. На его лице появилась легкая улыбка, и на мгновение, Ирэн пожелала, чтобы она почувствовала что-либо помимо простой дружбы. Но с ним никогда не было так, по крайней мере, с ее стороны. — Как исцеление лорда Вэстфола? Вы достигли прогресса?

— Некоторого, — она сомневалась. Оскорбление принца, даже того, кто был бывшим другом, не было благоразумным, но чем дольше продолжался этот разговор… Она вздохнула. — Я хотела бы остановиться и поговорить…

— Тогда останься. — Улыбка стала шире. Кашин был действительно красивым человеком. Если бы он был кем-то другим, рожден с другим титулом…

Она покачала головой, пытаясь скрыть улыбку.

— Лорд Вэстфол ждет меня.

— Я слышал, что ты поехала с ним сегодня утром в Торре. Он не вернулся с тобой?

Она попыталась сдержать умоляющее выражение лица, пока она делала реверанс.

— Мне нужно идти. Еще раз спасибо за беспокойство — и охранников, принц.

Над ними висел титул, похожий на удар колокола.

Но Ирэн ушла, чувствуя взгляд Кашина, пока она не зашла за угол.

Она прислонилась к стене, закрыла глаза и глубоко выдохнула. Дура. Многие девушки назвали бы ее дурой…

— Я почти чувствую себя плохой для этого человека.

Она открыла глаза, обнаружив Шаола, затаившего дыхание, с горящими глазами, катящего себя за угол.

— Конечно, — сказал он, — я был достаточно далеко, чтобы слышать тебя, но я, конечно, видел его когда он ушел.

— Ты не знаешь, о чем говоришь, — мягко сказала Ирэн, и снова направилась к комнатам. Помедленнее.