— Антон, нам надо поговорить, — набралась смелости Даша.

Несмотря на все то, что он только что сделал для ее семьи, так просто сдаваться она не собиралась. В планах было постараться убедить его, что заставлять ее расплачиваться натурой значит приравнять ее к путанам. А таких есть масса и без нее. Она же может найти другой способ вернуть долг. Конечно, не массаж. Даже по тому прейскуранту, который установил он сам, ей придется делать ему массаж лет десять и не по пятницам, а каждый день без выходных. Но в конце концов, это не ее долг, а сестры и ее мужа. А значит, и возвращать она будет не одна, а сообща. Антон — не банк, это понятно. Но ведь разумный же человек, наверное. Проценты варварские накручивать не станет, и сроки можно будет потом с ним обговорить.

— Даша, — повернулся он к ней, сворачивая в карман. — Мы обязательно поговорим, но не сейчас. Сейчас нас ждут, и мы уже приехали.

Даша наивно полагала, что привезет он ее в какой-нибудь торговый центр, которых в городе было несколько и очень больших, но приехали они на центральную улицу города, где первые этажи четырехэтажных сталинок занимали дорогие бутики. И салон «Баттерфляй» она отлично знала, правда никогда не была внутри него, разве что любовалась с улицы манекенами на витрине.

Антон ничего не сказал и не сделал. Молча заглушил двигатель, вышел из машины и подождал, когда она к нему присоединится. Он даже не посмотрел на нее, первый взбежал на невысокой крыльцо и распахнул дверь, что призывно зазвучала колокольчиком.

Даше было немного стыдно переступать порог магазина, где она не могла себе позволить купить даже бретельки от лифчика. Но с другой стороны, приперлась сюда она не по своей воле, а потому ее непрезентабельный вид хозяйка магазина уж как-нибудь потерпит. А та уже выбежала собственной персоной и рассыпалась в любезностях перед Антоном.

— Стелла, Это Дарья, — представил ее Антон ухоженной женщине неопределенного возраста. Даша могла бы той дать и тридцать, и пятьдесят. Пластическая хирургия сейчас творит настоящие чудеса, говорят. — У тебя ведь самое лучшее белье в городе? — польстил он, и лесть его попала в цель.

— Ну что ты, Антош! — довольно и жеманно зарделась хозяйка бутика. — Из Парижа, да, но чтоб самое лучшее…

— Нам надо самое лучшее и сексуальное, — сдержанно улыбнулся Антон. — Правда, Дашуль? — неожиданно привлек он ее к себе и поцеловал в шею. От прикосновения его губ по телу пробежала дрожь. А в глазах неожиданно потемнело. Но крепкая рука, что продолжала держать ее за талию, не дала пошатнуться. Ну и надо ли говорить, что собственная реакция напугала Дашу. — Поможешь?

— Насколько сексуальное? — деловито осведомилась Стелла. — Для вечера или ночи?

— Стелла, самое эротическое, — снисходительно пояснил Антон. — В тонкостях я не разбираюсь. Моя малышка тоже не профессионал, ведь так? — взгляд его скользнул по лицу Даши, которая даже дышала через раз, слушая столь откровенный разговор. — Потому мы и обратились за помощью к тебе. И еще! Мы не любим все эти… как их, — отпустил он ее талью и покрутил руками в районе своей груди.

— Пуш-апы? — подсказала Стелла.

— Да. Все должно быть естественно, как вторая кожа.

Тут щеки Даши залил горячий румянец. Боже! О чем он говорит! Да и она не носит белье без пуш-апа. Нет, у нее не плоская грудь, а полного первого размера. Не гигантская, конечно, но ее устраивает. Но именно пуш-ап делает ее чуть больше и придает груди форму.

— Ксюша, — позвала хозяйка бутика продавщицу. — Помоги девушке подобрать… сколько, дорогой, комплектов белья хотите выбрать? — вновь посмотрела она на Антона. Даши как будто и не было здесь. Весь диалог вели эти двое.

— Трех для начала хватит.

— Ты поняла, — перевела Стелла взгляд на продавщицу. — Три полных комплекта. Пойдем, Антош, — взяла она того под руку, — угощу тебя моим фирменным кофе.

И они удалились в подсобку, оставляя пунцовую Дашу на растерзание продавщицы-консультанта.

Через полчаса утомительных примерок Даша стала обладателем такого белья, а котором даже в самых смелых фантазиях не мечтала. Глядя на себя в нем в зеркало, она понимала, что то ничего не скрывает. Те газовые и кружевные лоскуты, из которого было сделано белье, и тканью-то назвать язык не поворачивался. И их было так мало, что они разве что прикрывали самые срамные места, все остальное оставляя открытым. Дорого, не практично и попахивает извращением, — пришла к выводу Даше, для себя решив, что ничего из этого носить не будет.

— Покажи мне все, что купила, — велел Антон, как только они покинули магазин и вернулись в машину.

Даша не хотя достала из фирменного пакета три коробочки. Антон принялся внимательно их разглядывать.

— Сегодня наденешь это, — выбрал он телесного цвета совершенно прозрачный бюстгальтер с трусиками-стрингами к нему. Но Даша даже внимания на это не обратила.

— Сегодня? — переспросила она, чувствуя как в животе все скручивается в тугой узел.

— Сегодня, Даша, в девять, — посмотрел на нее Антон. — Правила изменились. Условия обсудим у меня дома.