Мысли роились в голове, одна страшнее другой. Что он может сделать? Каким-то образом повлиять на жизнь ее родных? Но как?! Он же не мафиози какой и на свихнувшегося не тянет. Разве что, самую малость, в неопасной и неактивной стадии.

— Ладно, даю тебе ночь на размышление, — вздохнул он. — Завтра ты или согласишься с моими доводами, или…

Уточнять она не стала, спеша выбраться из машины. Завтра, так завтра. Что-то сегодняшний день выдался слишком напряженным для ее не самой устойчивой психики. Можно отложить решение всех вопросов до завтра.

— Через час жду тебя в столовой, — проговорил Антон уже в холле первого этажа, куда они попали прямо из гаража. — Сама найдешь комнату?

— Найду, — кивнула Даша и поспешила поскорее убраться с его глаз. Но даже спиной она чувствовала его горящий взгляд. А он точно нормальный?..

В комнате, которую ей отвели в этом доме, ничего не изменилось за короткое время ее отсутствия, разве что заботливые руки горничных навели тут идеальный порядок и перестелили постельное белье. Все это Даша подметила с каким-то вялым равнодушием и прошла в ванную. Первым делом ей хотелось смыть весь тот негатив, что накопился за этот бесконечный день.

В просторной ванной комнате имелись и душевая кабина, и блестящая керамикой ванна. Несколько минут Даша размышляла, чего же ей хочется больше, а потом пустила воду в ванну. Пожалуй, отмокнуть как следует в аромате душистой пены сейчас будет лучше и приятнее. К тому же, тут имелась и морская соль, которой она тоже бросила щедрую щепоть в воду.

Еще через пять минут она уже погружалась в горячую воду, пряча под пушистой пеной все свои горести, чтоб потом их безжалостно спустить в канализацию.

Она все никак не могла перестать думать о предложении Антона. Может, ей и правда лучше согласиться? И не из страха за кого-то, а ради себя. Ведь чего греха таить, несмотря на все те недостатки, которые с легкостью подмечала в этом мужчине, невзирая на их странное знакомство, которое и началось с его диктата, что продолжается и по сей день, только рядом с ним ей удивительно спокойно и даже надежно. И пусть он преследует сейчас какие-то свои цели, в чем Даша тоже не сомневалась, но не проще ли притвориться, что даже не догадываешься об этом? Кажется, усталость ее достигла того уровня, когда с готовностью перекладываешь часть своих проблем на чужие плечи, чем бы ни было продиктовано желание помочь. Просто, чтобы ноша стала хоть чуточку легче, а душа получила коротенькую передышку перед дальнейшей жизнью.

Когда вода начала остывать, Даша тщательно вымылась, замоталась в толстый махровый халат и покинула ванную. До назначенного времени ужина еще оставалось двадцать минут, которые она решила провести лежа на кровати. Как уснула, и сама не поняла.

Антон задержался в кабинете. Из-за постоянных разъездов сегодня толком не получалось работать. Когда посмотрел на часы, уже прошло десять минут со времени начала ужина. Он поспешил в столовую, уверенный, что без него Даша к еде не притронется. Каково же было его удивление, когда в столовой он ее не обнаружил.

— А где моя гостья? — обратился он к горничной, что бесшумно скользнула в столовую следом за ним.

— Она спит, Антон Максимович. Будить ее не стала, — покаянно призналась горничная.

— Понятно, — отозвался он и покинул столовую, оставив горничную в растерянности топтаться на месте.

На улице уже стемнело, и в свете из коридора у Антона разве что получилось разглядеть белое пятно на кровати. Но свет зажигать он не стал, а оставил дверь приоткрытой.

Даша спала поверх покрывала, свернувшись калачиком и поджимая под себя босые ноги. Антон мысленно чертыхнулся и обругал недогадливость горничной. Не могла накрыть ее чем-нибудь? Поди же, замерзла как цуцик!

Он коснулся ступни девушки и убедился, что те ледяные. Будить ее не хотел, но Даша вздрогнула и распахнула глаза, в которых медленно проступало осознание.

Антон залюбовался ею — такой трогательной она выглядела, ничего не понимая спросонья.

— Я уснула? — перевернулась она на спину и вытянула ноги.

— И совершенно окоченела, — ответил Антон и аккуратно присел на край кровати.

Он коснулся ее холодных ступней, и когда Даша не отдернула их, заключил в ладони в попытке согреть.

— Такие холодные… — пробормотал и принялся растирать в ладонях сначала одну ступню, потом вторую.

Даша притихла и не шевелилась. Ступни ее постепенно согревались, а Антон возбуждался все сильнее, глядя на стройные ноги, выглядывающие из-под халата, который немного распахнулся. Ему хотелось скользнуть ладонями под его полы, развязать пояс, который Даша стянула тугим узлом, обнажить ее тело и любоваться… Конечно, одного любования скоро стало бы недостаточно и захотелось бы большего. Но разве сейчас ему не этого же хочется, когда только и может думать о том, какая она там, под этим чертовым халатом?