— Данное зелье было изобретено Гловером Хипвортом, и ни разу не было изменено. В основе два главных ингредиента: корень мандрагоры и рог двурога, помимо нескольких трав. Главный признак зелья: при приеме из носа и ушей пациента идет легкий дым в течение трех часов. После —полное выздоровление. Применяется при простудных заболеваниях, — спокойно ответил я, внимательно смотря на декана. Он поморщился и принял мой ответ кивком головы.

— Кратко и ясно. Пять баллов Слизерину. Но вы забыли о том, почему идет пар, Поттер. И почему оно называется именно «Бодроперцовое зелье». Мисс Грейнджер?

— В основе, помимо названных компонентов содержится перец магического подвида, из-за него и идет пар, сэр.

— Хорошо. Записали?

Никто уже не удивился, что Снейп не дал баллы Гриффиндору. И сама заучка уже перестала на это обижаться. Она теперь работала не для оценок, а ради знаний и умений. Думаю, в этом и есть смысл преподавания профессора. Хотя свой родной факультет он баллами не обделяет. Хотя и тут нечему удивляться. Ведь мы и так уважаем его. Без причин, в отличие от других факультетов.

— Варится оно довольно долго, так что приступим сейчас. Все, что вам нужно знать, есть в учебнике. И, как обычно, есть записи на доске, приступайте.

Я взял необходимые ингредиенты и стал вписывать в учебник поправки, согласно записям на доске, которые оставил профессор. В основном он исправил то, как именно готовить ингредиенты. И количество двурога подправил. Что же, глупо не доверять такому мастеру. Так что мы с Блейзом приступили к работе. Дело спорилось, и мы были на полпути к завершению, когда произошло нечто необычное. Наш котел заискрился и забурлил, не знаю, как Блейз смог пригнуться, но я не успел, и весь взрыв пришелся на меня. Последнее, что я запомнил, такая боль, что создавалось ощущение, что я горю заживо. Сознание, на мое счастье, быстро покинуло меня до лучших времен.

Очнулся я от запаха серы. Все еще сильно болела и жгла кожа, так что я с трудом приоткрыл глаза, которые тут же начали слезиться. Надо мной стоял отец и лечил повреждения, смазывая своей кровью раны. Это было во второй раз, когда ему понадобилось прибегать к такому. В прошлый раз — после похищения, но тогда было легче. И не так больно. Он шептал заклинания, и вскоре боль отступила, а я смог дышать свободнее. Рядом я заметил Снейпа, который ошарашено смотрел на крылья моего отца. Директор стоял в дверях, видимо, следя за входом. Никто ведь не должен знать о том, что происходило здесь. Но декану, видимо, Люцифер доверился. Хотя это было довольно удивительно.

— Все, все хорошо, сын. Сейчас будет легче, ты только дыши, — услышал я, поняв, что до этого не совсем понимал, что он говорил.

Оказывается, отец просто успокаивал меня, а я стал дышать глубже, чтобы не расстраивать его. Хотя от этого стала возвращаться боль, я поморщился, снова задерживая дыхание.

— Нет, дыши. Спокойнее и ровнее, давай, Гарри, помоги мне. Мы должны справиться с этим, сын, пожалуйста.

Надо сказать, что таким я его ещё не видел. Неужели все настолько плохо? Я же вроде ещё жив? Я шевельнул пальцами рук и ног, поняв, что все конечности на месте. Что же, остальное не так страшно. Кожа вполне может восстановиться. Я спокойно дышал, стараясь подчиниться просьбам отца.

— Вот так, молодец. Скоро все пройдет, терпи, ты же сильный.

Я моргнул, подтверждая его слова, и продолжал дышать. Я не знаю, как долго так лежал. Сколько времени ушло на мое лечение? По ощущениям все это длилось бесконечно долго. Но вскоре отец убрал рассечённые руки, из которые продолжала капать кровь, и залечил свои порезы. А я понял, что практически ничего не болит. Только легкое покалывание по свежей коже напоминало о том, что произошло. И отсутствие волос. Но, думаю, профессор даст мне зелье, чтобы они снова выросли.

— Я чуть не потерял тебя, — ошарашено сказал Люцифер, беря меня за руку, как будто боясь обнять. Хотя я его понимал, кожа была слишком чувствительна, чтобы совершать подобные действия. — В тебе теперь ещё больше моей крови, Гарольд. Это может изменить многое.

— Крылья? — прохрипел я, с трудом сдержав кашель. Он улыбнулся, и я увидел, как напряжение уходит из его позы.

— Нет, они могут только у рожденных архангелами вырасти, — с улыбкой заметил он. — Но могут быть призрачные, как у ангелов. Помнишь, я тебе такие создавал?

Я кивнул.

— Возможно, ты сможешь осилить это заклинание. Но оно не вечно и требует много сил и воли.

— Я смогу, — прохрипел я, а отец дал мне воды, решив, что так мне будет легче говорить.

— Мне, к сожалению, пора. С тобой останется Северус, я поговорил с ним. Можешь не боятся ему довериться. А я еще побеседую с директором, — сказал он, оскалившись.

Я легко улыбнулся ему в ответ, прикрывая глаза.

— Спи, сын. Так быстрее всё пройдет, — это были последние слова, что я услышал. Дальше меня сморил сон.