Комментарий к 7

**Plant'ago** (лат.) — подорожник.

В этой главе жирным курсивом обозначены мысленные переговоры на расстоянии.

Глава не очень большая, но я завтра улетаю до вторника, и писать не буду в это время, так что решила выложить сейчас, чтобы долго не тянуть с главой.

Приятного Вам прочтения,

Ваш Атвор.

========== 8 ==========

Дамблдор, к моему счастью, отстал от Отдела Тайн, вновь засев в Хогвартсе. А я продолжал менять защиту и структуру Замка. Плетение магии давалось мне легко, ведь для меня было, как совершать такие действия так же естественно, как дышать. Тем более, сейчас мне было намного легче, ведь меня не сковывали обеты. И защита должна была оградить учеников от угрозы любым способом. Я давно понял, как можно избежать чистилища, просто нужно действовать хитрее. Артефакт или зелье могут помочь. Но Дамблдора было рано убирать. Сначала нужно было понять, как можно его убить так, чтобы не было последствий, и вместо него не пришел кто-то хуже. Ведь всегда может произойти нечто более ужасное. Я давно это понял. Все-таки у человека, для которого Темный Лорд — жалкая марионетка, явно есть пути отступления и много запасных вариантов развития событий. Но выиграть можно и у более опытного противника. Все-таки мне помогает магия.

Мне нравилось строить новые щиты, красиво переплетать волшебные потоки так, чтобы никто не смог обойти их или разрушить. В мои планы не входило то, чтобы хоть кто-то, кроме подобных мне, смог изменить защиту Хогвартса. Елена просто думала, что Кандида ее мать, и для нее и простых магов делала много поблажек в структурном плетении магии Замка. Это и было ее главной ошибкой. Хотя я рад, что она смогла отомстить перед своей смертью Когтевран. Но это уже не так огорчало меня. От моих изменений Замок стал немного иным. Более светлым, менее пыльным, в коридорах и помещениях теперь всегда была приемлемая температура. Я понимал, что это все из-за моего вмешательства. Но это не значит, что я был не рад этому.

Дамблдор почему-то не подавал виду, что что-то меняется без его ведома. Хотя и домовики способствовали многому. Ведь никто не знал, что их создали мои предки. Другие волшебники, подобные мне, просто влили в големов свою магию, чтобы создать таких слуг, которые не предадут и не нападут. Хотя я так и не понял, почему они продолжили существовать, размножаться и служить обычным волшебникам. Их строение было пока не совсем понятным для меня. Но я решил, что позже займусь этим вопросом. Пока были и другие проблемы.

Елена часто общалась со мной, помогая советами, ведь она тоже обладала такой силой, и понимала, как ее применить. Хотя, она говорила, что была немного слабее. И не чувствовала в себе такого могущества, как я. С каждым днем мне приходилось все сильнее сдерживать себя. Магия не выходила из-под контроля, но я уставал ограничивать ее, чтобы не выделяться. Я понимал, что иначе нельзя, но мечтать об ином я ведь мог?

Елена объясняла мне то, как она строила защиту Замка до того, как в нее начали вмешиваться простые маги. Может, в ней и не было моего разума, но от этого менее умной она не была. И мне было жаль, что ее жизнь прошла так бездарно. И никто, кроме меня не знает ее достижений. Как и поступков Слизерина.

Не зря же всегда говорят, что историю пишут победители. Может, основательницу и пленили в итоге, и теперь она украшает гостиную своего же факультета, но к тому моменту уже все переврали, превратив подобных мне в Темных Лордов. Или монстров. Какие же люди и маги глупые. Как можно бояться тех, что никогда не сможет причинить вреда? Даже для защиты. Хотя, наверное, Слизерин своим поступком заставил их поспешить с уничтожением сильных магов. Но все-таки Кандида еще жива. Если можно так сказать. Думаю, сделаю с Дамблдором нечто подобное. Правда, я понимал, что прежде его надо сделать плохим в глазах общественности. Я не хотел, чтобы после смерти или исчезновения его считали героем или кем-то подобным. Убийцы не заслуживают поклонения. Жаль, что я не смогу доказать того, что Основатели были не такими уж и добрыми. Ведь для этого мало слов призрака. А Когтевран я расколдовывать не собирался.

Через два месяца, после моего поступления в школу, я полностью сменил все защиту и магию замка, но сделал несколько отвлекающих вещей, чтобы Директор ничего не понял. К тому же я ощутил «разум» замка. Это было действительно превосходно. И с каждым днем мне все больше было жалко Слизерина. Ведь он убил тех, кто забрал его семью. А я все еще помнил, как за это наказываются подобные нам. Хотя, не думаю, что я поступил бы иначе, будь я взрослее в тот момент, когда напали на моих родителей. Ведь чистилище не такая уж и высокая цена за живых родителей, верно?

Учеба была очень легкой, мне вообще не приходилось напрягаться. Но теперь я мог уходить из школы, чтобы заниматься своей привычной работой. Регулус был очень рад тому, что я вернулся. И мы продолжили с ним создавать артефакты на основе моей силы и плетений чистой магии. Нам нужна была абсолютная защита. Хотя, даже я не мог уберечь от непростительных проклятий. Правда, лично на меня, они не действовали. Жаль, что отец был убит так просто. Если бы его силу не ограничили… Хотя поздно размышлять о подобном. Не в моих силах изменить прошлое. Время не терпит вмешательства.

Со своими однокурсниками я общался хорошо, особенно с Энтони. Мы неплохо летали во время уроков полета, и нам, безусловно, нравилось это. Мы хорошо сдружились и понимали друг друга, так что в будущем нас собирались заставить играть в квиддич за охотников. Я не был особо против такой перспективы, все же, и развлекаться иногда нужно. Гольдштейн тоже был рад такому варианту. Он вообще любил спорт, как я понял. Так что я не был удивлен его рвению, и решил, что поддержу его, все-таки из нас выходила неплохая команда.