– Давай закрою двери в прошлое, и не было этой измены. Ты и я.

– Я тебя не знаю, ты готов забыть все, ради, чтобы я вернулась к тебе? Теперь я просто обескуражена твоим поступком. А Герцог?

– Ты у него гостья, он объяснил мне.

– Вы уже договорились, что со мной будет?

Танец закончился, Валерию подвел и оставил возле своей жены.

Валерия четко знала, что нужно делать, она заказала такси, приехав домой, скинув вечерний наряд, переоделась, наспех собрала свои вещи, и взяла карточку, подаренную Герцогом.

Доехав до банкомата, сняла деньги. Повертевшись на автовокзале, уговорила, одного за приличную сумму денег, довести до деревни.

Рассвет она встретила в деревне, машину отпустила, сама пошла пешком. Пыльная тропинка, по которой она шла была родной и все вокруг было родным, и близким. Она ощутила в груди радость, давно не было таких эмоций.

Вот ее дом, в доме мама, не узнаю, старенькой стала. Расцелую, обниму горячо, и попрошу прощения у нее. На задворках мысленного потока, пробивалась горькая мысль, что их может и не быть. Если отец жив, она тоже будет рада.

Дом стоял, он не изменился, только настораживала тишина, и заколоченные ставни.

Радость сменилась тревогой и горечью. Сколько она простояла перед домом, пока ее кто-то не окликнул. Она повернулась, узнала соседку, тетю Нюру.

– Видно, не здешних.

– Тетя Нюра, это я Валерия.

– Валерия?! Не узнать тебя, красавица.

– Тетя Нюра, моих родителей нет... Валерия не хотела произнести вслух " умерли"

– Да, пошли ко мне в дом, за чаем и расскажу, если ты не торопишься.

– Не тороплюсь.

Когда Валерия была маленькой, она заходила к ее детям, но особой дружбы не получилось.

Тетя Нюра быстро накрыла стол, тот стол, который был в ее детстве.

– А стол прежний.

– Добротный, из настоящего дуба. Приезжают внуки и внучки, хватает все место.
– --- ---Шумно, но я привыкла к этому. Вот уже заскучала, без них. Вижу стоишь, не узнала тебя.

– Тетя Нюра, что с моими родителями случилось.

– Грустная история. Твоя мама тосковала по тебе. Ездила в город, так не нашла тебя.
– -А потом слегла, говорили рак крови, умерла очень быстро, еще почти молодая. А твой отец тоже долго не жил, через год, когда косил траву, упал, приезжали врачи," бестолку", сказали с сердцем.

– У меня есть фотографии, когда их не стало, я самое ценное забрала и вот, ты здесь, и тебе все передам. Жалко мне было ее, мужественная и добрая женщина.

– Тебя я ругала за отношение к матери. Все знали, на какие жертвы шла, чтобы дочка была одета лучше всех. Я ей говорила, не балуй, не оценит.

– Да, тетя Нюра, так оно и вышло- не оценила, рвалась куда-то, а не наметила куда. Всю жизнь по течению, не задумываясь, ни о ком, и даже о себе.

– Уедешь?

– Нет, буду жить здесь.

– Дом старый, не страшно.

– Чего боятся, мне уже ничего не страшно. Валерия не хотела уже продолжать разговор, ей нужно побывать и немного прибраться в доме.

Тетя Нюра отвела, благо мебель стояла на месте.

– В нашей деревне, особо не любят брать чужого, только тряпки.

– Не переживайте, я сейчас все куплю.

Валерия вошла в дом. Тетя Нюра ушла к себе. Сев на табурет, на котором сидел чаще всего отец, она разложила фотографии, их было несколько штук. Вот мама молодая и отец-красивая пара, первые на деревне. Вот мама с ней, неуклюже, она держит букет, огромные банты на пол головы.

Слезы непрошено скатывались и продолжали путь, капая на руки, она так давно не плакала, даже когда сильно ушибалась, а здесь припасенные, прорвались наружу, обжигая душу, не принося ей облегчение.

Валерия знала найдут ее, либо бывший, либо разозленный Герцог, не уйти от них и оставаться не хочется с ними.

Пустота давила изнутри камнем...

Омут, вот что ей нужно, не уйти от этого.

Бездна гипнотизировала, сняла одежду, осталась в красивой сорочке. Шаг за шагом она входила все глубже, вода тяжелая тисками обхватывал ее тело, осталось немного, и она со своим омутом погрузится в омут озера.

– Дуреха, что ты делаешь? Она услышала голос тети Нюры за собой, Валерии стала стыдно.

Мокрая и пристыженная, снова сидела в гостях у нее.

– Вы считаете меня неумной?

Тетя Нюра тяжело вздохнула, автоматически взяла тряпку и начало вытирать стол возле себя.

– Не ты одна, подходишь к этому омуту, там столько побывало, было и топились, а другие просто приходили и плакали, пополняя озеро своими слезами. Если озеро могло рассказать, что она видела, и слышала, то давно пересохло.