Все собрались на мостике, перешептывались, одна Кира громко высказывала, далеко, не лучшее предположение для этого сбора.

Кира почти стала вхожа в каждый отсек и была связующим звеном для всех них. Некоторых раздражала, но все же, многие узнавали друг о друге, благодаря ей. У нее получалось неплохо превращать тайны, в новости для других.

– Кира, может мы тебе предоставим микрофон, и ты выскажешь свое предположение. Ни для кого не новость, что ты обо всех знаешь больше, чем мы о себе сами. Ронни недолюбливал ее, и старался от нее держаться подальше.

– Коротко, кто-то обрезал шланг подачи кислорода?

Повисла тишина.

Первый нарушил тишину, Колин.

– Ронни, тебе сразу и ответят. Не вижу смысла, собирать нас здесь, и, если кто-то сделал, не признается. Кстати, у нас нет должности детектива. Может Кира, у нее неплохо получается, на дню по сто раз задает вопросы и влезает всем под кожу.

– Колин, спасибо за доверие, упущу твою иронию по поводу "под кожу". У меня аналитический ум. Я раскрою это преступление. У меня вопрос. Как поступим с этим человеком, выкинем в космос или заточим его в свой отсек и это будет камерой для него?

– Кира, ты еще не поймала, а думаешь, как его наказать. Кстати, он среди нас. Колин хихикнул. Кира была любительницей длинных историй.

Ронни взяв микрофон в руки, даже не посмотрел в сторону Киры.

– Я хочу предупредить, теперь установим камеры, там, где их не было и еще, записи ежедневно буду просматривать лично сам. Ронни передал микрофон Кире.

– Ну, что же, может есть желающие высказаться по этому поводу.

– Элизабет, может ты, что-нибудь скажешь? Кира жестом подозвала свою подругу.

Она отделилась от толпы, неторопливо прошла к микрофону.

– Я понимаю, что мы ценой выздоровления, подписали это путешествие без возврата к родным и близким, кто-то, оставил там любовь...-Элизабет посмотрела на Ронни.

Пошел легкий шепоток. Выбор был, у каждого. Нам дали шанс... Может в эту минуту, на Земле, измученный болезнью, без перспективы на новый метод лечения, так как стоит огромных денег, делает последние осмысленные движения, не видя страдания своих близких. Я считаю, нам повезло. Я не понимаю этого человека, он мог сделать выбор там. Элизабет пожала плечами.

– Мне больше, нечего сказать.

Все стали расходиться, остались на мостике Кира, Ронни и еще несколько ребят.

– Хорошо сказала твоя подруга. Ронни посмотрел на Киру, которая была переполнена гордостью за свою подругу.

– Я умею выбирать. Ронни улыбнулся, осознавая, что Кира в чем-то права.

Кларин чувствовал сегодня неважно, измерив температуру, она была высокой. Он вспомнил, с такой температуры все и началось, там на Земле.

– Может отправили нас, как подопытных кроликов, испробовав, не до конца изученный вид лечения, мы далеко, все по одному умрем. А так, целый год продержались. Далее, Кларин не стал думать, для чего им все это нужно. Решил сообщить о своем состоянии Элизабет. Он сегодня не сможет кухарничать.

Элизабет взяла анализы, показатели крови, были в пределах нормы. Осмотре его. Элизабет сообщила, что обычная банальная инфекция.

– Мне тоже говорили, то ангина, то ОРВИ или ОРЗ, вылилось потом, в заболевание крови.

– Кларин, у меня было тоже самое, что у тебя. Давай, понаблюдаем за тобой, в медицинском отсеке. Паниковать и идти на поводу у страха, не резон. Мы были на краю, нам не ново. Знаешь, мы необычный экипаж, все ребята пережили, не лучшее время, связанное со здоровьем. И любое недомогание, появления болей, заставляет нас испытывать не самые лучшие эмоции. У нас есть Рейн. Хотя он много не знает о нашем методе лечения. Но каждый день изучает и ищет, вчера он связался с профессором. Они долго разговаривали. Думаю, у него получиться, применить этот метод. Кира сказала, что Рейн был на волне воодушевления, весь светился. Они хотят детей, но высокая вероятность, унаследовать их детям генетические поломки родителей.

Кларин немного успокоился.

– Кларин, мы будем бороться, чтобы не случилось.

Элизабет провозилась с Кларином целый день, все показатели крови и биохимия были в норме. К вечеру, температура спала. Кларин заснул. Ей не хотелось оставлять его одного, ей стало самой грустно. Давно не разговаривала с мамой. Она фактически засыпала, с неосуществимой мечтой увидеть снова маму, Землю. Послышался тихий звук отодвигаемой двери.

– Элизабет, ты сегодня не выходила кушать. Элизабет обрадовалась появлению Ронни, захлестнувшее чувство одиночество, уступило место несказанной радости.

– Кларин заболел, не хотела оставлять одного, с его не лучшими мыслями.

– Сама, как чувствуешь себя?

– Неплохо.

– Да, понимаю. Все же, иди поешь, я посижу возле него.

Ронни хотел еще, что-то сказать, но решил промолчать. Элизабет заметив, взметнувший взгляд Ронни, поняла, что он к ней чувствует, больше симпатии, чем как просто знакомой девушке из команды.

Кларин пошел на поправку. Элизабет успокоила его, что за весь период наблюдения не было повода, волноваться за анализы.