***

Уведомление о ЧП было передано смотрителем Левицким на узловую орбитальную станцию «СОЗ-Тихая» сразу после того, как он осмотрел место происшествия и установил личность потерпевшего. Оттуда информация ушла на базу экспедиции ККВЦ в секторе восемнадцать.

— Вот паскудник, — сказал Бабурин, имея в виду Нвокеди. — Он все-таки был в районе стариц.

— Такое ощущение, что Иванов совсем не следит за своими людьми, — заметил Шентао.

— Следит, Кэй, еще как следит. Но он не может высаживаться на планету с каждым специалистом. И потом — у нас что, с дисциплиной все в порядке? Взять хотя бы случай с этой зоопсихологиней Анке Солф…

Шентао скривился как от попытки разгрызть орех больным зубом. Одно только воспоминание о выходке «этой зоопсихологини» вгоняло его в глубокий стресс.

— Ладно, замнем для ясности, — сказал Бабурин.

— Замнем, — печально вздохнул Шентао.

— Так вот — Нвокеди у стариц был. И что ты теперь скажешь о связи между бурями помех и деятельностью людей?

— То же самое. Оснований для окончательных выводов пока недостаточно.

— Согласен. Но и ты согласись, что их стало больше.

— Согласен.

Разговаривая, оба руководителя экспедиции уже шли к ангару. Дежурный техник как раз выводил оттуда открытый шестиместный аэроглиссер, похожий на летающий катамаран. Только «поплавки» его служили в качестве багажных отсеков, а общую ажурность конструкции нарушала плита антигравитационной платформы внизу. Рядом стояли четверо молодых парней в стандартных комбезах с эмблемами Комитета по контактам. Один тут же занял место пилота.

— В район Малых стариц, — сказал ему Бабурин.

— Там ведь сейчас смотрители работают? — спросил тот.

— Ну да, а мы прилетим и будем им мешать… Ладно, шутки в сторону. Задача у нас простая: исследуем район ЧП на предмет наличия следов горилл Фостера. Дальше — по обстоятельствам.

Засидевшись с отчетами допоздна, утром я встал позже обычного и слегка окостеневший. Поэтому на прогулку не пошел, а велел Полли выдвинуть тренажер, влез в него, выставил нагрузку на максимум и принялся прокачивать одну группу мышц за другой, наращивая скорость. Тренажер, не привыкший к такому обращению, жалобно стонал, но держался. Четыре дня назад у меня получилось его сломать, и я не терял надежды повторить успех до отбытия из Уивертауна.

— Вы в отличной форме, мистер Дуглас, — похвалила меня Полли, когда я оставил тренажер в покое.

— Остатки роскоши былой, — возразил я, направляясь в душ. — Доведись сейчас восстановиться в армии, едва-едва сошел бы за доходягу.

Однако я знал, что в армию по доброй воле не вернусь, — потому и позволял себе всяческие поблажки, как и положено гражданскому. Конечно, я упрямый, и уроки жизни усваиваю не всегда легко, — но зато накрепко. В свое время потребовалось четыре года службы в самых костоломных частях спецназа ВКС, прежде чем до меня дошло, что убивать людей, пусть даже они законченные поганцы, совсем не весело. Тогда я ушел в медицину, чтобы их лечить. В том числе поганцев, — но главным образом всех остальных. Жаль, что моего благородного порыва хватило ненадолго.

Устроив себе теплый летний дождик, я постоял под ним немного, вышел из кабинки и растерся полотенцем. Когда вернулся в комнату, запиликал сигнал вызова: Полли сообщила, что на связи Земля, Монреаль. Ближайшая стена превратилась в экранон и протаяла прямо в наш офис. Там никого не было, кроме хмурого и озабоченного Крейга.

— Включи обратку, — проворчал он вместо приветствия. — Я тебя не вижу.

— Я еще халат не надел, — огрызнулся я.

— Ну и что? Думаешь, в халате ты красивее, чем голый?

— Ладно, Полли, включи ему, — сказал я. При случае Крейг мог становиться еще сварливее чем Кэт, а ругаться с ним сегодня мне не хотелось.

— У тебя там давно утро, — проинформировал меня он. — Чем ты там занимаешься, хочется знать? Я бы на твоем месте занимался делом.

— Жаль, что ты не на моем месте, старый брюзга.

— До сих пор ничего? — спросил Крейг с пониманием, меняя тон на глубоко сочувствующий.

— Как ты догадался? — спросил я в ответ, состроив заинтересованную физиономию.

— Да не переживай ты так, никто тебя не винит.

— Еще бы не хватало… Знаешь, у меня предчувствие, что торчать на Безымянной дальше бесполезно. На церемонию закрытия конгресса оставаться тем более не хочу.

— Тогда возвращайся.

— А где остальные?

— У нас тут тоже утро… То есть на улице полдень, но Кэт еще спит, и будить ее ради консенсуса я не буду — она меня порвет. Малыш сидит в имитаторе, и ему, как догадываешься, плевать на консенсусы. Так что прилетай — все обсудим без спешки. На крайний случай можем заняться какой-нибудь мелочевкой — бивнями, чучелами, шкурами…