Каждый год, в июне, пятые классы едут в поход на Синюю гору. Но, честно говоря, за настоящий гору ее никто не признавал. По сравнению с остальными возвышенностями в долине, она походила на приплюснутый пирожок покрытый изумрудной глазурью из хвойного леса. Кроме каменистой речушки и посмотреть-то не на что.

Взобраться на вершину можно по единственной дороге, заасфальтированный серпантин петлял по склону и каждые десять метров разветвлялся на тропинки к месту для кемпинга. Синяя гора была скучным, полным комаров, неинтересным местом. Учителя и ученики с отвращением ждали похода, но, поскольку это было решением совета попечителей и поддерживалось мэрией, пятиклассники поднимались в гору и так же спускались с нее. Пусть это было и неприятным, но вполне безопасным мероприятием, никому и в голову не приходило что что-то может пойти не так.

Я не помню как сошла с дороги и зачем это сделала. Воспоминания отрывочны. Вокруг были сплошные ветки, листья, кочки, будто я заблудилась в джунглях. Куда бы я ни пошла, что бы я не делала, везде был только лес, у меня не получалось выбраться. От криков, горло саднило, ноги начинали гудеть.

Мне было так жалко себя, так страшно.

Но вдруг я услышала музыку.

И страх ушел, ноги сами понесли меня вперед. Деревья расступились и показалась поляна. Белые и розовые шишечки клевера цвели повсюду. В центре, на самом солнечном месте, рос кряжистый дуб. В его ветвях летали светлячки, но стоило подойти поближе и я различила в сиянии маленькие человеческие тела. Я ничему не удивлялась и, когда существа заметили меня, не испугалась этого. Они были настолько чудесными, настолько прекрасными, что на мгновение я позабыла как дышать. А потом почувствовала невероятную легкость, не успела я оглянуться как их звонкий смех, азарт, заразили меня и мы закружились в радостном сверкающем хороводе. На мое лицо и плечи падала пыльца и превращалась в золотистые пятнышки. Кто-то заплел мне множество маленьких косичек. Кролик стучал лапами по земле, отбивая ритм. Невыносимо пахло цветами и хлебом, а земляничные вафли по вкусу напоминали рыбный суп.

Все было похоже на сон.

Все было сном.

Меня обнаружили рейнджеры на шоссе в паре километров от места, где останавливался наш школьный автобус, грязную, сонную и мало что соображающая.

Я числилась пропавшей без вести десять дней.

Глава 2.

На последнем уроке я иду к своему классному руководителю, мистеру Смайт. В общей сложности школьной администрации не было до меня никакого дела, но Смайт был из тех приставучих учителей которые насильно пытались впихнуть тебе в глотку свое видения мира. И я была его любимым аттракционом.

– Как твое самочувствие, Аврора?
– толстые губы учителя разошлись в улыбке.

– Здравствуйте, - я намеренно игнорирую вопрос, каждый наш разговор Смайт начинал с этой фразы, будто я была неизлечима больна какой-то страшной болезнью.

– Миссис Паркер сказала что ты опять обедала одна?

Миссис Паркер стоило бы не совать свой нос в чужие дела. Видимо что-то проскользнуло на моем лице и Смайт тут же добавил:

– Не пойми неправильно, она вовсе не следила за тобой. Это наша работа, заботится об учениках.

Я молча пожала плечами.

– Может, ты хочешь поговорить о чем-то?
– в его глазах блеснуло жадное любопытство.

– У меня все нормально, - я отчеканила каждое слово.

– Что ж, жаль, очень жаль, - Смайт укоризненно покачал круглой головой, у него была ужасная прическа под горшок, волосинка лежала к волосинке, ровно, будто выстроенная по линеечке.
– Недавно в кружке домоводства освободилось место, почему бы тебе не попробовать?

– У меня уже есть внешкольная занятость.

– Да-да, я знаю, но работа в оранжерее не самое лучшее занятие, учитывая твою ситуацию.

Я опускаю голову, что бы не дать учителю увидеть как меня задел этот намек, кулаки непроизвольно сжали полы длинного свитера. Ну да, конечно, я ведь чокнутая. Как можно об этом забыть?

В моем деле наверняка нет ничего такого, а это значит что единственное откуда бы Смайт смог узнать это слухи. Великолепно.

– Меня это успокаивает, - я стараюсь говорить как можно ровнее.

– Тебе будет намного легче жить если ты станешь более общительной, Аврора. Ботанический клуб плохо на тебя влияет, к тому же кроме тебя никто не захотел туда вступить. Возможно, стоит попросить директора упразднить его.

Все что копилось во мне, разом вырвалось, я не смогла себя удержать:

– Нет, вы не можете!

– Вот видишь!
– его голос звучал почти торжествующе.
– Ты разозлилась от одной мысли об этом, - Смайт сжал мое плечо и я еле удержала себя что бы тут же не вырваться.
– Тебе нужно избегать этих странностей, понимаешь? Это для твоего же блага.

– Подождите...
– я все-таки отхожу на пару шагов назад.

Но классный руководитель уже не слушал меня. Он расхаживал у стола возбужденно размахивая руками.

– Директор Ганц давно хотела упразднить все эти бесполезные клубы. Как же она не заметила? Да-да, это будет хорошей возможностью. Замечательная идея!

Это была ужасная идея. Как я выживу без своей оранжереи?

***

Старшая Грейстаут состоит из множества корпусов. За ее почти шестидесятилетнюю историю школу строили и перестраивали несколько раз. Изначально это был интернат, дети шахтерских рабочих учились здесь пять дней в неделю, а по выходным их забирали родители. Время шло, руды оскудели и добычу перенесли на другую часть гор. Город быстро начал чахнуть, и он бы перестал существовать если бы неодин шустрый парень.Вэтой местности нет реки, только озера, и, чтобы попасть в долину, нужно попетлять между гор по серпантину, добывать дерево здесь невыгодно, слишком большие затраты на дорогу. Но совсем другое дело если продавать его местным, ведь рядом тогда уже строилсяГринвилл и Литтл Лейк. Артур Бейликупил лицензию на вырубку, построил лесопилку и мебельную фабрику. Дело принесло прибыль, аОуквилльнеожиданнополучил свой второй шанс.