Хмурю брови, чуть приоткрыв рот от удивления.

— Айзек? — сипло спрашиваю, снова моргая. Мне это снится? Похоже, что нет. Но всё равно щипаю себя за руку, надеясь, что это просто сон.

Парень подходит чуть ближе ко мне, когда внезапно путь ему преграждает парень в чёрном, внезапно появившийся будто из ниоткуда. На спине — лук, а сам он одет в обтягивающую тело чёрную одежду.

— Мы всё ещё не знаем, владеет ли она собой, — предусмотрительно говорит, пока я с интересом разглядываю его. Сам он оборачивается ко мне, недоверчиво смотря на меня. Сохраняет дистанцию в метр.

Это даёт мне вовсю изучить его. Волосы угольно-чёрные, взлохмаченные. Широкие брови и карие глаза. Лёгкая щетина и… Непонятные татуировки по всему телу?

Смотрю то вниз, то вверх, выгибая одну бровь:

— Кто ты такой?

Айзек отходит в сторону, оперевшись на стену и сложив руки на груди. Вставляет поспешно, пока незнакомец не начал говорить:

— Алек, она точно в норме. Абсолютно такая же, как была месяц назад, когда мы говорили по скайпу, — я не смотрю на оборотня, не отрывая глаз от незнакомца по имени Алек. А он… В моём вкусе. Неосознанно облизываю губы, чуть улыбнувшись и протянув руку для рукопожатия:

— Эмили Филлипс, — парень секунду сомневается, а затем всё же жмёт руку. Крепкая хватка.

— Алек Лайтвуд, — он уже собирается продолжить, когда его прерывает снова Айзек:

— Ладно, познакомились и сойдёт. Думаю, нам уже не надо устраивать ей допрос? — ох, только начала думать, что скучаю по этой смазливой мордашке в шарфике! Ишь, вон опять в нём!

Нетерпеливо закатываю глаза, подтягивая колени к груди. Айзек лишь фыркает на мою реакцию.

— Что, совсем не соскучилась по мне? — усмехается оборотень. Я пожимаю плечами:

— Ну не прям, но всё же, — вздыхаю, снова закатывая глаза. Аккуратно сажусь, ставлю ноги на мягкий коврик под кроватью и встаю, чуть пошатнувшись. Парни наблюдают молча: Айзек с некой усмешкой, что так и играет на его лице; в то время как Алек всё ещё настороженно разглядывает меня.

Обнаруживаю кровавое пятно на животе и порванную в том месте футболку, что я сегодняшним утром взяла в шкафу в моей комнате. Недовольно бранюсь себе под нос, отряхиваясь. Надо бы переодеться. Но я всё же делаю, что хотела, то есть быстрым шагом иду к Айзеку, а затем крепко обнимаю, слыша, как чуть хрустят его рёбра.

Слыша его недовольный ответ на моё «дружественное приветствие», отвечаю с тем же присущим мне сарказмом:

— Заткнись и радуйся, что я вообще здесь нахожусь. Вон вчера меня чуть не укокошили в 18 веке в центре Парижа, — получаю удивлённые взгляды обоих и слышу едва слышный, ошарашенный вопрос Алека Айзеку:

— Она что, ещё и умом тронулась? — Лейхи также оглядывает меня, словно сумасшедшую, но я отмахиваюсь, делая шаг назад от обоих:

— Во первых, умом, чисто теоретически, я, скорее всего, тронулась ещё в прошлом году, когда переехала сюда, — Алек так пристально смотрит на меня, что в итоге я лишь нервно усмехаюсь. Не к добру это.

Не к добру. Добро. Зло.

И тут мои мозги будто прошибает и я начинаю давиться воздухом, наконец окончательно включая свои ещё не проснувшиеся мозги:

— Что…? — выдыхаю, начиная истерически мыслить.

Последнее, что я чётко помню, это внезапное появление Стайлза с катаной в руках. Катаной, которой он проткнул меня насквозь, даже не поморщившись при виде крови. Стайлз, который при виде одной капли крови начинал паниковать. Который… Только и мог держать биту в руках, даже из пистолета в последнюю нашу встречу стрелял, заметно дрожа.

— Что произошло со Стайлзом?! — даже не замечаю, как в ту же секунду оказываюсь прямо перед Айзеком, одной рукой подняв его в воздух за ворот футболки и прижав к стене. Алек справа от нас тем временем натягивает тетиву, направляя стрелу на меня. Я пристально смотрю в глаза Айзека, что сначала выразили некое удивление, а затем полнейшее спокойствие, а позже и сожаление:

— Угадай какая лисица снова завела всем нам прекрасно знакомую песню? — и лишь после одного встречного вопроса я робею, тяжело дыша. Отпускаю Айзека и тот падает обратно на пол, чуть ойкнув.

Не обращаю на него ни малейшего внимания, уходя в себя.

Губы незнакомого мне человека изогнулись в ехидной зловещей улыбке и он заговорил голосом моего друга.

— Ну что же уходишь, Эмили? Мы ведь друзья, лучшие друзья. Или нет? — он говорил голосом моего бывшего, со всеми нотками его голоса и вдохами. Вот только кроме настоящего Стайлза я видела кого-то другого, точнее мстительную, бездушную и бесчеловечную личность, которая сейчас приняла облик моего друга.

— Ты не он, — процедила я сквозь зубы, чуть осмелев. Вот только вся эта смелость ушла в пятки, когда этот бес моментально оказался передо мной и сомкнул свои пальцы на моей шее. Я начала брыкаться ногами и руками, когда он поднял меня в воздух и начал рассматривать, словно игрушку в магазине.