Андрей стиснул зубы, на осунувшихся загорелых скулах заиграли желваки.

– Говорю же - все нормально. Надо же хоть когда-нибудь проводить время с родней.

– Вот и славно, - бывший военный похлопал парня по плечу.
– Тогда начинай собираться, а я забронирую отель.

Маша замерла в нерешительности, но брат с улыбкой кивнул:

– Правильно. Быстрее уедете - быстрее вернетесь.

– Так, ладно. Сейчас напишу, как приглядывать за малышней...

– Они не малышня, - ответил Трофим.
– Подгузники менять не надо и с ложечки кормить тоже, а с остальным разберусь.

– Ох...

– Не волнуйся, я справлюсь. В гиды кого попало не берут.

+

– Гулять одних не отпускай, - наставляла Маша брата, пока муж грузил чемоданы в багажник такси.
– Лучше вообще посидите неделю дома. Пусть читают каждый день - на лето много задали. Позанимайтесь уроками - у Алины проблемы с английским, у Васи - с математикой. На холодильнике листок с номерами доставок, но вредного не заказывайте. Никаких пицц, мороженого и прочей гадости. Так...
– Женщина сверилась с записью в смартфоне и продолжила: - Чуть что - вызывай скорую. Увидишь кого подозрительного поблизости - сразу звони в полицию.

– У вас подвал есть?
– перебил Трофим.

– Да. А что?

– Может запереть их там и дело с концом? Накидать туда книжек: захотят - почитают, захотят - гнездо совьют.

– Пожалуйста!
– с мольбой выпалила сестра.
– Я вся на нервах. Если бы не Андрей, никогда бы их не оставила.

– Даже когда им стукнет за тридцать?

– Даже тогда! Не начинай, и так вся трясусь. Буду смсить вам раз в сутки. Нет, два раза - в полдень и вечером. Отвечать обязательно. Не выйдете на связь - умру.

– Ладно, - лениво протянул брат.

– Вот ключи от гаража, вот от машины - если вдруг понадобится съездить в больницу. Ключ от комнаты у тебя?

Парень кивнул.

– А вы ведите себя хорошо! И слушайтесь дядю, не то не видать вам интернета. Поняли?

Дети кивнули без особого энтузиазма.

– Господи, спаси и сохрани.
– Мария перекрестилась сама и перекрестила домочадцев.
– Не отдых, а пытка.

– Не волнуйся. Все будет хорошо.

– Надеюсь. Ну, удачи. И помните...

– Я все запомнил. Езжай уже.

Женщина долго топталась у дверцы, то и дело оборачиваясь и посылая детям воздушные поцелуи. Наконец такси тронулось.

– Вся в мать, - проворчал Трофим, когда машина укатила с улицы.

– Ну наконец-то, - фыркнула Алина.
– Квочка и солдафон свалили. Хоть на недельку выберусь из чертова концлагеря.

– Минуточку!

Дядя еще раз осмотрел племянников. Девушка тощая и слега сутулая, с черными как смоль волосами до ушей и грубыми чертами лица - вся в папу. Малец, наоборот, пошел в маму - пухлощекий, вечно грустный и тревожный, с кучерявыми золотистыми локонами.

Алина всегда смотрела с вызовом, хоть и исподлобья. Вася же постоянно прятал глаза, прижимал руки к животу и надувал губы.

– Чего тебе?
– буркнула девчонка.

– Я за вас отвечаю и буянить не дам.

– Пошел ты.
– Племянница толкнула Трофима плечом и скрылась за дверью. Мальчишка безвольной тенью потопал следом.

– Кое-кто не получит подарка!

– Какой ужас, - фыркнули из-за двери.
– Пойду вскроюсь.

Казалось, Дом опустел. Дети разошлись по комнатам, все разговоры стихли. Алина уткнулась в ноутбук, Вася - в приставку. Трофим, оставшись в гордом одиночестве, развел руками и отправился на кухню.

Девушка в свою очередь решила вообще не показывать носа из комнаты. Наверняка дядя начнет капать на мозги так же как и мать - два яблока с одной яблони, чего еще ждать? Закрыв дверь на замок, она надела наушники, врубила металл на всю катушку и зашла «Вконтакте».

Первым делом бегло просмотрела ленту новостей. У одноклассниц новые фотки едва ли не каждую минуту - все расфуфыренные донельзя, а порой и откровенно пошлые. Все старались выпятить то немногое, что успело отрасти, и уж точно не стеснялись лиц. У Алины вот уже год на аватарке стоял Нейтан Эксплоужен из «Металлопокалипсиса». И если бы вздумала обновить ее, то исключительно на Сквизгаара Сквигельфа.

Чужие успехи вогнали девушку в еще большую тоску. Она излила вспышку злобы на ни в чем не повинный ноут и с грохотом захлопнула крышку. После чего спрятала ладони под мышками и отрешенно уставилась в угол. Так и просидела битый час, страдая самоедством и готовясь к вторжению незваного гостя. Но тот и не думал надоедать, едва слышно постукивая чем-то на кухне.

А потом в комнате невесть с чего запахло как в кондитерской лавке. Ароматы ванили, топленого шоколада и крошеного миндаля окутали все вокруг, кружа голову и сжимая оголодавший желудок в тугой комок. Алина сопротивлялась с минуту, но не выдержала и покинула убежище, мысленно кляня себя за никудышную силу воли.