Открыв один глаз, второй все еще отказывался вылизать из-под опухшего века, Дорм увидел мост. Откуда здесь мост? Широкий, капитальный, из массивных бревен, на нем спокойно могли разъехаться две машины. Облокотив руки на поручни, на новобранцев оттуда бесстрастно смотрел Боров.

— Плывите на тот берег! — проревел гигант и не спеша двинулся по мосту на другую сторону реки.

Дорм посмотрел вдаль, оценивая длину предстоящего заплыва. Навскидку, плыть предстояло метров сто, в реальности же, тут может быть и весь километр. С водой всегда так, если ты не моряк, то никогда не определишь расстояние правильно.

Парень огляделся, Рыжая и Худорба стояли рядом с ним и ждали. Каждый из них в душе надеялся, что это шутка. Но нет, это жестокая реальность.

— Ну что, поплыли? — горестно промолвил Дорм.

— Утопите меня, пожалуйста, я не доплыву, — прохрипел Кравчик.

— Слабаки, — сказала Рыжая, и первой погребла вдоль моста.

Течение было сильное, длинна большая, а мышцы уставшие. В них, как будто свинец накачали. Еще и плыть приходилось не ровно, а наискосок, чтоб в итоге выйти на более-менее ровный песчаный берег, а не заплыть в заросли камыша.

Чтоб как-то отвлечь себя и свой разум от мук, Дорм пытался вести в голове диалог. Но он почему-то выходил крайне удручающим.

— А зачем вообще плыть?

— Может утонуть здесь и дело с концом?

— Или, почему бы просто не отдаться течению, прибиться где-то к берегу через пару километров, спокойно вылезти на сушу и сбежать из лагеря?

Но что-то подсказывало Дорму, что лучше терпеть солдатские тягости, чем стать дезертиром. Со всеми дезертирами в Королевстве Виндина поступали одинаково — ловили, отрубали ржавым топором ноги до самых колен и отпускали на все четыре стороны.

— А-А-А-А! Помогите! Дорм! Рыжая девушка! Кто-нибудь! Лю… — последнее слово забулькало водой.

Трое новобранцев плыли рядом, поэтому крик одного из них остальные услышали сразу. Дорм даже ни на миг не раздумывал, что надо делать, он просто нырнул, наощупь схватил костлявое плечо Худорбы и рывком вытащил его на воздух.

Дальше плыть стало невыносимо: брыкающийся и стонущий Худорба, в купе с онемевшими от напряжения мышцами, могли стать для Дорма смертельным якорем. А ведь они проплыли лишь треть пути.

— Рыжая! Рыжая! — парень знал, что до другого берега они не доплывут, поэтому надо возвращаться. Худорба хоть с виду и легкий, но сейчас он был нереально тяжел, помощь девушки просто жизненно необходима. — Рыжая, помоги!

Она обернулась, на секунду задержала взгляд на лице Дорма.

— Такова жизнь, в ней каждый сам за себя, — едва слышно промолвила девушка, отвернулась и брасом устремилась по направлению к противоположному берегу.

— Машу рв… — брыкающийся Худорба вкрай отчаялся, и схватил Дорма за шею, пытаясь удержаться на плаву. Парень сразу же ушел под воду, хлебнув воды. Положение ухудшалось с каждой секундой.

Дорм нырнул глубже, освобождаясь от рук Худорбы, отплыл под водой чуть в сторону и вынырнул в паре метров от своего горе-напарника.

— Кравчик! Кравчик! Послушай меня!

— Дорм, я больше не могу…

— Заткнись и слушай меня!

— Я не могу больше-е-е…

— Закрой рот, и быстро включи мозг, а то оба утонем! Ты умеешь держаться на воде к верху пузом!? Надуваешь живот и всплываешь как поплавок! Умеешь?

— В детстве умел.

— Сделай так сейчас и доверься мне.

Как ни странно, Худорба послушался Дорма и без проблем всплыл кверху животом. Так как он перестал двигаться, течение сразу же понесло его дальше. Дорм схватил Худорбу, который сейчас напоминал бревно, за руку и за ногу. Сил у парня уже не было, поэтому он тоже отдался воле течения, и лишь слегка подгребая ногами, направлял себя и Кравчика в сторону берега, с которого их столкнули в реку.

Дорму хотелось сейчас снять берцы, штаны, раздеть Худорбу, чтоб облегчить тяжесть, но остатки здравого смысла не позволяли этого делать. За потерю казенного имущества Боров может избить их двоих до полусмерти… хотя… плевать!

Дорм собрался облегчить свою ношу, но его ноги в тяжеленых берцах коснулись дна.

— Приехали, — едва слышно прошептал парень и отпустил Худорбу. Тот, почувствовав, что его не держат больше, забрыкался, но быстро нащупал дно и успокоился.

Сначала воды было до подбородка, спустя минуты две — по пояс, а еще три — по колено. Перед самым носом Дорма возник крутой песчаный обрыв. Он, буквально, чуть не врезался в него, еле передвигаясь по воде.

Нужно было взобраться наверх, где сухо и припекает солнце, но Дорм не мог этого сделать. Ни физически, ни морально. Парень просто развернулся, облокотился спиной к обрыву, медленно сполз вниз и отключился.