Голограмма Ниэла Ларсина, последовавшая за телепортом, теперь переместилась прямо к лежащей девушке.

Громкий визг сменился скулежом и всхлипами. Но главное, девушка оставалась неподвижной. Даже глаза замерли, продолжая рассматривать повернутую голову кота.

Неслышимый спор принцессы и ниахары продлился еще с минуту. Румми то недовольно взрыкивал, то недоуменно фыркал. Под его лапами, на руках девушки появилась кровь. Но Нора даже сморщиться боялась и оставалась неподвижной.

Наконец, щитки с морды начали исчезать. Пусть и с неохотой, но Румми принял привычный вид милого и пушистого кота. Переступив, он аккуратно отодвинулся от продолжавшей лежать жертвы и встряхнул сначала одной лапой, потом второй. Как будто стряхивая с них грязь.

Аллоисе даже показалось, что он делает это демонстративно, показывая свое презрение Норе.

Девушка, дождавшись разрешения от Ларсина, поспешно отползла в сторонку и с опаской поднялась на ноги.

Заметив императорскую семью, Нора только опустила глаза и с заметным усилием опустилась в приветственном реверансе. Но подойти или обратиться к кому-то из них не решилась. Не дождавшись отклика, она отвернулась и поспешно направилась через двор к хозяйственным постройкам.

Иллис недовольно наблюдала, как девушка легко переступает через какие-то длинные гибкие палки, разбросанные на мостовой и рассеянно погладила по голове подошедшего Румми.

Аллоиса удивилась беспорядку, но подумала, что это связано с происшествием. Бауна, местное растение, растущее настолько быстро, что могло подрасти на десять-двадцать сантиметров за ночь. Отличалось крепким пустотелым стеблем, способным вымахать на несколько метров. При этом стебель оставался тонким и упругим. Местные жители охотно использовали эту траву для устройства временных перекрытий и выстилания полов в парковых беседках. Видимо, для этого ее и привезли сюда.

– Я даже сердиться на Румми не могу.
– Пожаловалась Иллис в пустоту.
– Мальчики, а что вы имели в виду, говоря о другой шутке?

В этот момент Нора переступила через очередной тонкий стебель и успела сделать еще несколько шагов. Аллоиса даже отметила странно изогнутое положение, казалось бы свободно валяющегося шеста.

Тонкий, толщиной всего в два пальца прут с шумом распрямился, заходя по дуге, и концом, с характерным хлестким звуком, пришелся в спину не успевшей среагировать Норе.

Новый вопль, теперь уже боли, разнесся над двором. Девушка судорожно выгнулась и почти рухнула на колени.

– Вот эту шутку.
– Заявил Арисан.
– Только она должна была ближе пройти. Говорил же тебе, надо было сдвинуть правее.

– Ничего, так даже лучше.
– Фыркнул второй мальчишка.

– Вы с ума сошли!
– Ахнула Адила.
– Эта штука могла сломать ей ребра. Вы хоть понимаете, что она испытывает сейчас?

– Очень даже понимаем.
– Упрямо нагнул голову Арисан.
– Один раз Майя делала нам процедуры и едва не потеряла сознание от боли.

– Это после падения с лошади прошлым летом?
– Иллис вопросительно приподняла брови.

– Ага. Как раз сезон бурь начался. Из-за приступа она не могла ни отложить процедуры, ни передать нас своим подмастерьям.

– А Барик тогда очень нервничал. И Лера своего гренадера прислала. А ты, Иллис, его требуешь только тогда, когда дела у Майи совсем плохи.

– Ничего от вас не скроешь.
– Сердито проворчала Иллис.

– Но такой удар мог сломать Норе ребра.
– Неуверенно заметила Адила.

– Очень на это надеюсь.
– Желчно заметил Лютик.
– По мне, так пусть хоть так узнает что такое плетка. Чтобы зря не размахивала.

– Лютимир, я понимаю тебя.
– Вздохнула Адила.
– Но мальчики. Это слишком жестоко. Принцы должны соразмерять свои решения с возможными последствиями.

– Мы под домашним арестом?
– Полувопросительно констатировал Вилан.
– Мы согласны.

– Точно. А извиняться я не буду.
– Решительно присоединился к брату Арисан.

– Ну что с вами делать.
– Адила развела руками и укоризненно покачала головой.
– Ладно, идите к себе. До отъезда из комнаты не выходите.

Мальчишки послушно развернулись и уже собрались уйти, как заметили подходящего врача. За его спиной можно было видеть, как Нора с помощью двух мужчин скрывается в дверях служебного входа. Красная полоса, проходящая наискосок через всю спину, была хорошо видна всем находящимся во дворе.

– Лорд-врач Лоран, хотелось бы вас увидеть при более благоприятных обстоятельствах.
– Приветствовала подошедшего Аллоиса.

– Добрый день, ваше величество. Ваше высочество, Ваше сиятельство. Э-э-э...

– Ниэл Лютимир.
– Предельно вежливо и серьезно напомнил свое имя Лютик.

– Да, благодарю вас, Ниэл Лютимир.- Лоран вежливо кивнул парню.

Откровенное несоответствие статуса молодого человека с отношением к нему членов императорской семьи почему-то именно его постоянно сбивало с толку. Что служило предметом мелких подколок не только Лютика.