Элизабет прошлась по консоли туда-сюда, оставляя за собой шлейф из голографических мушек.

— Я думаю, он перепрограммировал себя или что-то испортил. Убрал какой-то код, связанный со мной. Думаю, на «Прометее» в его программу была встроена миссия по защите экипажа. Пусть это претило ему, возможно, но он до последнего исполнял эту задачу, как мог. Защищал меня, единственного живого члена экипажа. А когда я стала бестелесным разумом, он просто не знал, что со мной делать. Я стала обузой, которая мешала его планам. И Дэвид удалил из своих матриц эту задачу.

Она отвернулась, смотря на кресло пилота в центре помещения. Уолтер не мог видеть ее лица, но ему казалось, что голос Элизабет звучал расстроено. С обидой?

— Что случилось потом? Кабели питания были выдраны… — Уолтер вспомнил, что повреждения и впрямь показались ему необычными.

— Когда планы Дэвида окончательно оформились в полный кошмар, и он решил лететь, я сделала все, что в моих силах, чтобы этого не допустить. Заблокировала корабль. Меня можно было отключить только вместе с основными системами, без которых полет был невозможен. Он взбесился тогда и просто вырвал кабели питания. Пожалуй, это был второй раз, когда я видела андроида в ярости.

— А когда был первый?

Элизабет обернулась к нему через плечо.

— Когда искусственное тело, которое он создал для меня, не приняло мой разум.

Уолтер отклонился обратно на спинку кресла. Вся эта история была полна нелогичности и эмоциональности, не свойственной андроидам. Не его модели, уж точно. Дэвид вел себя как человек: злился, утешал, был расстроен или разочарован, привязан к единственному человеку, оставшемуся в живых.

Или все это лишь порождение воображения Элизабет Шоу?

Мозг, лишенный привычной стимуляции, способен сам ее создать. Как и любой человек, доктор Шоу не хотела оставаться в одиночестве. Общество машины было ей не комфортно. Не попалась ли она в ловушку своего разума, пытаясь додумать то, чего нет. А Дэвид всего лишь старался соответствовать, выполняя ее неосознанное желание, копируя человеческое поведение.

Зачем тогда он пытался рассказать это Уолтеру? К чему могила и алтарь?

Кто сможет ответить на все это, если не сам Дэвид…

— Экипаж «Завета» и две тысячи колонистов отправляются сейчас на Оригаи-6, чтобы заселить планету. Дэвид с ними. Необходимо догнать их и не дать ему сделать то, что он планировал. Вы поможете мне с управлением корабля, доктор Шоу?

Ответом Уолтеру было включение всех систем управления. Звездные карты развернулись на все помещение, проложенный Уолтером курс высветился красной пунктирной чертой, кнопки консоли сами загорались и гасли, вводя беззвучные команды. Элизабет Шоу счастливо улыбнулась:

— Покинем эту планету, капитан.

И забралась в кресло пилота.

========== Глава 3 ==========

2104 год. Где-то на пути к Оригаи-6.

Космический корабль колонистов «Завет».

Сознание медленно возвращалось к Дэниелс. Это ощущалось не так, как выход из гиперсна. А будто она была под действием каких-то наркозных препаратов, как после операции или чего-то такого. Что было абсурдно, ведь она летела на корабле «Завет» с миссией… Случайный сигнал… Враждебная планета… Дэвид!

Мысли прошибли, словно током, заставляя широко распахнуть глаза и тут же зажмуриться от яркого света потолочной лампы. Она ахнула, и свет тут же приглушили.

— С добрым утром, Дэни, — голос Уолтера звучал как обычно ровно и мягко.

Она скосила взгляд в сторону стоящего рядом андроида и дернулась. На лице «Уолтера» была самодовольная улыбка Дэвида — их нельзя было спутать.

Дэниелс лежала на железном столе в лабораторном отсеке, привязанная прочными ремнями за руки и ноги к его поверхности. Дэвид стоял над ней. И хотя в его руках не было никаких опасных инструментов, а из локтей Дэниелс не торчали трубки капельниц, она знала, что ничего хорошего ждать от этого психа не следует.

— Что ты со мной сделал, мерзавец? Отвечай!

Дэвид поморщился от ее грубости, но улыбаться не перестал. Чтобы он ни сотворил, это прошло успешно.

— Мое лучшее творение всего лишь. Тебе понравится.

— Ты подсадил в меня одну из твоих тварей? — она была в ужасе, дергаясь всем телом и пытаясь вырваться из прочных пут.

— О нет, что-то намного-намного лучше. Элизабет бы понравилось.

— Если бы ты не убил ее и всех остальных жителей планеты! Ты… — Дэвид склонился над ней стремительно, зажимая прохладной твердой ладонью ее рот. Его взгляд — злой и бездушный — пригвождал к столу прочнее ремней.