— В таком случае мы бы хотели пригласить вас в Швейцарию, — сказал херр Маругг. — Для осмотра машины конкретно на месте.

— А что на нее смотреть? — cказал Макарон. — Привозите, мы разберемся.

— Он шутит, — вежливо объяснился Артамонов. — Присылайте приглашение, мы рассмотрим. — И шепнул Макарону: — Не дави ты! Соскочит.

— Понял, — кивнул головой Макарон.

По завершении предварительных переговоров Прорехов засвистел мелодию из теперь уже — после встречи с херром Маруггом — «Марбургских зонтиков».

За деньгами на дорожные расходы, кроме как к Мошнаку, идти было некуда. Впервые друзья с сожалением вспомнили об отъехавшем Артуре — он бы в два счета сейчас изыскал и на билеты в Берн, и на карманные и представительские расходы. Но выхода не было, пришлось опять идти на поклон к Капитону Ивановичу. А он словно ждал этого.

— Верните транш! — взмолился банкир. — А то я не разовьюсь. Меня акционеры скоро разорвут!

— Может, проведем конверсию займа? А, Капитон Иванович? — изловчился спросить Артамонов, что было сделать совершенно немыслимо из положения не рассчитавшегося должника. — Или хотя бы давайте усечем проценты?

— Как это? — удивился смелости должников Мошнак.

— Очень просто, — подсказал выход Артамонов. — Заменим одни облигации на другие.

— Только деньги! — простонал Мошнак. — Никаких ценных бумаг!

— За ними и едем! — вытянулся в струнку Артамонов. — За деньгами. И как только вернемся с мешком, сразу к вам. Кстати, у вас не найдется стопки «зелени», а то нам в Швейцарию ехать.

— Денег нет. Не дам, — скупо ответил Капитон Иванович. — Но могу дать концы в Цюрихе.

— Извините, не понял, — попросил повторить пройденное Артамонов.

— Придете на рынок в Цюрихе и станете у входа, — начал давать указания Капитон Иванович. — Туда явится старуха Мошнаковская, ей вы и предложите все оптом.

— Что «все»? — не въехал Артамонов.

— Да что хотите! — начал на близлежащих предметах объяснять Капитон Иванович. — Наберите в «Подарках» копеечной мишуры с русским душком — гжель, там, хохлома, жестов.

— Это все по-немецки надо сказать? — уточнил Артамонов.

— По-русски, — не понимал Мошнак, откуда у парней такая недалекость они совсем не знают истории его рода! — Мошнаковская приходит туда каждый уик-энд.

— А вдруг в этот раз не придет? — решил посеять сомнения Артамонов.

— Придет, она приходит туда каждые выходные уже в третьем поколении, успокоил клиентов Мошнак. — Все эмигранты по выходным ходят на рынок. Я всякий раз сбрасываю ей свой товар.

— А в Берне у вас нет концов? — спросил Макарон.

…Вскоре действительно по настоятельной просьбе херра Маругга пришлось выехать в Швейцарию.

Джентльменский набор для встреч на любом уровне у компании был один и тот же: стопка газет, заштопанная картина Давликана с козой и горькая вересковая настойка в берестяном футляре. Действовало безотказно, на все эти аргументы возразить было невозможно. После вываливания их на стол оставалось только обменяться дежурными фразами.

В поездку в качестве эксперта прихватили старшего печатника Толкачева и, чтобы не допустить юридических проколов, остеохондрозного Николая Ивановича Нидворая.

— Вы что, на холодную войну собрались? — спросил у него Макарон, возглавлявший делегацию. — Разоделись в меха, как оленевод! Или все это там продать решили?

— Люто здесь, — поежился Нидворай.

— Вам полезно бывать на морозе, Николай Иванович, — пристыдил его аксакал, поправив на себе плащ-палатку, — а то подшерсток не вырастет!

Как выяснилось, Николай Иванович Нидворай дрожал не зря — сразу из аэропорта принимающая сторона повезла покупателей в горы и с такой прытью бросилась демонстрировать ледяные пейзажи, будто хотела сбыть не поношенную печатную машину, а Женевское озеро с Альпами в придачу.

— Тригональная сингония, — произнес Макарон, оценивая просторы.

— Переводить? — cпросила Люба Шейкина.

— Если сможете, Любаша, — приветливо отнесся к вопросу Макарон. — И добавьте, пожалуйста, если получится, что горы здесь староваты — процесс высаливания пород зашел дальше некуда.

— Вершины покрываются снежными шапками, — показывал вдаль на летошний снег ничего не понимающий херр Маругг.

— К сожалению, шапок не хватает, — не давал ему оторваться Макарон. На склоне лет летать по склонам гор! Интересная мысль! — неожиданно похвалил он сам себя.

Потом делегацию затащили в ларек, где из уважения к хозяевам всем членам пришлось накинуться на сувенирку — купить по часам и по многолезвийному красному швейцарскому ножику, да еще выгравировать на всем этом счастье свои фамилии.