– Что по мне, так я мечтаю о том, чтобы мы встали на якорь. Где угодно, хоть в Антарктиде. Лишь бы убраться хоть на пару часов с этого проклятого лайнера.

Я улыбнулась:

– Ты стойко переносил муки. Прости, это я затащила тебя в этот круиз. Может, нам просто надо было отправиться на Гавайи.

– Вообще-то, – проговорил Эрик, – если не считать постоянного головокружения и приступов рвоты, я неплохо провел время.

Я засмеялась:

– Я люблю тебя.

Он улыбнулся:

– Давай закажем экскурсию на острова? – Он достал из кармана брошюру. – Тут говорится, что можно поплавать со скатами.

Я покачала головой.

– Как насчет дельфинов?

– Нет, – заявила я. – По-моему, они слишком похожи на акул.

– Знаешь, они вовсе не такие, как акулы, разве не так?

– Верно, но у них такие же плавники. – Я скорчила гримасу. – Я за себя не ручаюсь. Вспомню фильм «Челюсти» и заору от страха.

Эрик засмеялся:

– Ладно, от дельфинов откажемся. Иначе я буду вынужден извиняться за свою трусишку-жену. – Он подмигнул мне.

Я макнула вилку с омлетом в кетчуп и отправила в рот.

– А как тебе такое, – продолжал Эрик, показывая на снимок в брошюре. – Экскурсия к настоящему пиратскому кораблю, ланч на борту, коктейли с ромом, потом плавание с трубкой в нескольких милях от берега.

– Коктейли с ромом, – кивнула я. – Вот это я понимаю!

– Хорошо. Я пойду после завтрака в бюро забронирую нам места.

– Отлично! – согласилась я.

– Все, стоп машина, – добавил Эрик.

На следующий день мы с Эриком спустились на нижнюю палубу, чтобы отправиться на остров Бермуда. Я захватила с собой большую бутылку воды, солнцезащитный крем и упаковку миндаля. Кто знает, когда нас накормят ланчем, а после плавания мне всегда хочется есть. Я уже радовалась, что сегодня смогу хорошенько поплавать с трубкой. В последнюю минуту мне на глаза попался кулон с аквамарином, подаренный мне той немолодой женщиной в Центральном парке. «На удачу», – сказала она тогда. Накануне вечером я сняла его и оставила на столике. Сейчас надела его опять. Почему бы и нет?

Я смотрела на остров с пристани, на маленькие домики и здания побольше, выстроившиеся в линию вдоль берега. Их пастельные цвета напомнили мне желтые, зеленые и розовые мелки, какими дети рисуют на тротуарах. Бирюзовые волны сверкали, набегая на кремовый песок. Прямо как почтовая открытка.

Мы шли, держась за руки. Эрик переплел свои пальцы с моими. Он радовался, что снова оказался на берегу, а я была счастлива снова видеть его улыбку. У нас было два часа до начала экскурсии, и мы решили осмотреть Королевскую верфь. В кармане Эрика загудел телефон.

– О, – сказал Эрик, вытаскивая его. – Тут, оказывается, есть сигнал.

В отличие от Эрика, я не стала брать с собой телефон. Я не могла назвать никого, с кем бы мне хотелось сейчас поговорить. Я посмотрела на бриллианты в моем обручальном кольце. Под тропическим солнцем они сверкали еще ярче. Я провела ладонью по загорелой, гладкой коже Эрика. Мне нравилось, как играли под кожей его мышцы, когда он подносил к губам мою руку. Сейчас он улыбался, глядя на телефон.

– Неужели опять твой босс? – простонала я.

– Нет, – ответил он. – Это письмо от Габби.

Я вскинула голову.

– От Габби?

– Да, – сказал он, передавая мне свой айфон. Я прочитала текст: «Я слышала про ураган, просто хотела проверить, в безопасности ли вы. Целую и обнимаю, Габби».

– Ураган? – переспросила я. – Я не слышала, что это был настоящий ураган. Я думала, что мы просто угодили в небольшой шторм.

– Я тоже, – кивнул Эрик. – По-моему, она сильно испугалась. Как трогательно, что она беспокоится за нас.

– И трогательно, что капитан решил не говорить нам, что мы столкнулись с ураганом, – усмехнулась я. Мои мысли вернулись к Габби. Я удивилась, почему она не написала мне, но тут же вспомнила, что мой телефон был выключен с самого начала круиза.

– Смотри, – сказал Эрик, показывая на витрину лавки. – Ромовая баба!

В витрине висела табличка: «Лучшая в мире ромовая баба».

– Надо попробовать, – усмехнулась я.

Эрик остановился у входа.

– Ты иди, – сказал он. – А я попытаюсь поймать какие-нибудь сообщения, пока есть сигнал.