– Да, с облегчением ответил я, - если Вы не против, то мы бы поели.

– Хорошо, что я угадал, а то зря бы распинался. Если нет своей еды, угостим, чем богаты. И поговорим заодно.

До хоть роллтон! Два. Тут я вспомнил про мачете. Надо лучше сразу рассказать, если потом, то некрасиво будет, новость неприятную утаил, а вдруг это важно.

– Кстати, я Виктор, лучше просто Вик, это Игорь и Женя. И это...Мужики, ужасно жалко, что так вышло, но там недалеко некий Андрей погиб, ваш, вот его мачете.
– Я протянул оружие, держа лезвие перпендикулярно вниз, чтобы совсем-совсем мирно казалось.
– У коробки там, хоккейной...Там рыли. Тракторы.

Все замерли. Резко все как будто перестали дышать. И наша троица от этого замерла, в недоумении.

Главный, Геннадий, кто с нами общался, протянул руку к поясу. На котором был пристегнут точно такой же нож. Ну, блин, бывают же совпадения, причём такие нехорошие.

– Взять.- Вдруг рыкнул он короткую и жесткую команду.

Ась? Я не понял. И я уже лежу, вижу кусок неба, потом весь вид занял асфальт и боль в закрученных руках. Женский вскрик и хрип.

Ну, е-мае, неужели меня ударят? Я же беззащитен!

Ай...

Больно...Голова кругом, болтается, куда - то тащат, вроде плитка магазинная, значит внутрь тащят, как мешок какой. В книгах, играх и кино ударами вырубают людей, экран гаснет, глава кончается, герой спит, и потом просыпается с головной болью.*Джон Иванович, по мне как будто стадо бегемотослонов прошло!*

На мне сэкономили, я не отрубился, был в трясущемся подтошненном состоянии, все крутилось и вертелось, щека и бровь наливались и раздувались, противно ужасно. Очень я боялся сотрясения мозга, как же мне тогда, что делать? Мне кажется поблизости нет больниц. То есть имеется, ЗИЛовская, но она в зоне карантина, и врачей там наверняка нет.

Посадили, стул со спинкой. Ох, ну за что валили, били, теперь водой обливают. Голову поднять не могу, плохо так, но обливают и обтирают мокрым полотенцем деликатно. Ну вот спасибо, теперь нежничают, поздно! Слышу с Женей болтают. Звери дикие.

– За что нас так? Вику так врезали сильно, мы же просто пришли поговорить и предупредить!

Ага, значит других не били. В следующий раз очередь Игоря будет нервным злодеям новости рассказывать. Гады.

– Извините нас, пожалуйста, выпейте это.
– Голос женский, спокойный,- Гена и остальные хорошие, но вокруг столько плохих людей нам досаждают, он просто перестраховывается. А вашему другу просто не повезло, тот мужчина просто не рассчитал удар. Андрей был нашим хорошим другом, новость потрясла их.

– Гааааад!- нашел в себе силы промычать я. Получилось громче и четче, чем я хотел. Вот так, пусть знают и передадут!

– Извините его, пожалуйста, еще раз - мою голову закончили обтирать, и теперь мазали чем-то лекарственно-вонючим ,-он правда не хотел этого, сам потом подойдет извиняться.

Глаза продрал-таки. Женщина в очках, в свитере легком коричневом, очень похоже на библиотекарш, только полная, смотрит озабоченно, продолжая говорить.

– Правда, сначала надо проверить ваши слова...

– Какие слова?- Удивился я. Говорить стало проще, прогресс. Заодно подвигал руками. Связали? Связали, не веревкой, а чем-то непонятным, но явно крепким. Офигеть попали на ровном месте. Рядом еще сидел в явно притащенном с квартиры кресле здоровенный мужик совершенно перекаченного вида, скучающе стругая ножичком мелким деревяшку, на нас он даже не смотрел,

– Такие, - рядом выросла фигура Геннадия. Я смог рассмотреть его, правда через силу пока, но тоже лучше становилось,- где, что, куда вы смотрели? И смотрите, Андрей был мой друг, не правду в его поведении я почую, и тогда будет беда. Мне не верится, что такие как вы могли его убить, но исподтишка и слона свалить можно, так что я слушаю.

Женя молчала, я дулся на весь мир, поэтому начал говорить Игорь.

Как назло начало его рассказа я пропустил, тряся головой и до конца приходя в себя, а было интересно чегой-то парень остался в Бирюлево. Не то чтобы я в чем-то его подозревал, тем более это я на него вышел, а не наоборот, простое любопытство. Любезная медсестра закончила обрабатывать мне уже сформировавшийся синяк, что то спрашивала, обьясняла, и даже обрадовала,что сотрясения точно-точно нет. Да, точно. Но я уже из принципа злобно шикал, отворачивал голову и всячески показывал недовольство. Синяки ладно,но вот боль я ненавижу,когда тошнит ненавижу! Благо голодный, а то бы разукрасил весь пол им здесь.

Стал я нормально слушать уже под конец рассказа Игоря, где он с Андреем вытащили из подвала голодную и слабую раненую девушку, которую так и не смогли спасти. Про то, что я отнял мачете у еще живого Андрея, чтобы спасти его самого Игорь догадался не говорить. Хоть он этого и не видел, но догадаться легко. Надо бы ему потом рассказать, что мужика-то покусали, оттого и был сделан выбор. Не забыть бы, а то будет думать фиг знает что.

Чтобы было, если бы Андрея не укусили? Не знаю, скорее всего мы с ним живым сейчас бы здесь сидели. И думали где его хоронить....