— С моей груди слезьте, — попросил он девушек. А потом сел на песок и грустно улыбнулся. — Доставил я вам хлопот. Если бы не Фридрих… Его удар топором в голову спрута, последнее что я помню, был, похоже, решающим…

— Жив! — радостно промяукал Мурчалло, кидаясь к Адал-Харду и тыкаясь ему в губы своим мокрым кошачьим носом, не давая договорить. В эту минуту он особенно жалел, что не может стать человеком.

— Тише ты, неугомонный, — потупился принц от такой кошачьей нежности. Он и сам бы прижал его к себе, если бы смог, но переломанные руки не давали.

Адал-Харду помогли подняться на ноги и, поддерживая с двух сторон, с предосторожностями повели по тропинке в резиденцию.

— Сбылось пророчество, — негромко сказала принцесса, обнимая Фридриха за талию.

— О чём это ты? — не сразу понял тот её.

— Чтобы стать королём, тебе надо было совершить подвиг — победить чудовище. И ты его совершил. Он войдёт в анналы нашей семьи, — с пафосом произнесла Амелинда.

— Но я не убил его, — попытался возразить ей Фридрих. — Он жив, правда, не совсем здоров, но он поправится. Мурчалло придётся некоторое время покормить его из ложечки. Но я, думаю, он противиться не станет.

— Кто из них? — лукаво улыбнулась принцесса.

— Оба, — отозвались Адал-Хард с котом в унисон.

— Не о драконе речь, — серьёзно сказала Амелинда. — О морском чудовище, которого ты только что победил.

— Я ещё раз перечитаю легенду, — согласился Фридрих. А ведь и вправду, все сходилось — они с котом зажгли спасительный огонь на маяке, а потом он кинулся спасать уже спасителя своей любимой сестры, кроме него, больше было некому. Повезло, что в маленьком гроте он хранил гидрокостюм и акваланг — все разыскивал волшебный ящик по ночам, чтобы не засмеяли. А оно вон как обернулось, и стал он вмиг и сильным, и красивым, и умным. Как и было предначертано. Осталось уговорить его величество, чтобы разрешил в университет вернуться, чтобы завершить образование. Хотя учиться на своих ошибках и чужих ему придётся всю жизнь. Сейчас у него получится, во всяком случае, сестрица Амелинда заступится, а к её слову король прислушивался.

Фридрих вдруг неожиданно рассмеялся. Нет, теперь он сам за себя постоит, и слова нужные подберёт, чтобы объяснить, что будущему правителю университетское образование весьма необходимо. А принцесса Амелинда будет счастлива с принцем Максимианом, он хоть и не спас её из лап дракона, но честно это пытался сделать, без обмана. Не каждый бы решился плыть по морю в такую бурю, для этого тоже определённое мужество надо. К тому же он любит принцессу, готов потакать любым её капризам, но, разумеется, в разумных пределах.

========== Глава 10 ==========

— Кому пришла в голову идея зажечь огонь на старом маяке? — поинтересовался как-то за ужином Адал-Хард. — Без этой путеводной звезды мне не удалось бы спасти с яхты терпящих бедствие.

— Ему, — Фридрих указал на Мурчалло, теперь даже за столом не снимавшего новую-старую шляпу с великолепным белым страусиным пером. Ее удалось разыскать среди бабушкиных вещей в старинном сундуке. Ему еще предлагали боа, но он отказался, но на всякий случай припрятал красивую вещицу среди своего барахлишка.

— Но зажег он, — кот ткнул лапой в сторону Фридриха. — Мне и в голову не пришло захватить бензиновую зажигалку, а потом выламывать ступени, чтобы запалить костер.

— Постойте, — удивился Адал-Хард, — а как вы потом спустились вниз?

— Это отдельная история, — усмехнулся Фридрих, — и рассказывать ее надо не за ужином между делом, а уютно расположившись в креслах в каминном зале с бокалом шерри в руках. Причем рассказчиком в данном случае должен выступать именно Мурчалло, так как я просидел, большей частью отвернувшись от него и с закрытыми глазами. И что конкретно происходило за моей спиной, то мне не ведомо.

Компания в полном составе продолжала проводить дни на острове. Ну, во-первых, выбраться с него было не на чем. Пока еще его величество пришлет другую яхту или вертолет, а во-вторых ни у кого даже не возникло мысли бросить их спасителя «зализывать» раны и ждать выздоровления в одиночестве. Кот был не в счет. А слуги и подавно.

Днем старались гулять все вместе, но недолго и недалеко. А по вечерам после ужина собирались в библиотеке, где Адал-Хард переводил с забытого языка древние манускрипты. Мурчалло же, каким бы сытым он ни был, не отползал теперь в спальню. Он неизменно устраивался на коленях у принца и переворачивал страницы книги — приятно чувствовать себя нужным…

— Просим, просим, — захлопали все в ладоши, обращаясь к коту.

Тот смутился, наверное, покраснел, вот только его румянец на мохнатых щеках заметен не был, и неожиданно согласился рассказать, что произошло на самом деле, и как они с Фридрихом довольно быстро оказались на берегу.

— Вообще-то я не кот, — промяукал Мурчалло.

— Если не кот, то кто? — совершенно искренне удивилась Гризельда. Она сколько помнила его, тот всегда оставался котом. Вот Адал-Хард совсем другое дело — она его любила и принцем, и драконом.