Дарри, насупив брови, задумался. Сильно задумался. После всего рассказанного ар-миркой выходило, что из этого дома надо бежать быстрее собственного визга. Но вот куда? Покатав и так и эдак ее речь в голове, он кое-что сопоставил. Гномы иногда выглядят туго-думами. На самом деле они просто думают методично и не отвлекаясь. Вот и тут у него ро-дились мысли, которые требовали уточнения.

– Почтенная Варазза, позволь кое-что уяснить. Толко сразу скажу, наше время утека-ет, как песок в часах, поэтому отвечай коротко, да или нет. Итак, правильно ли я понял: ни-кто, кроме тугов и Созерцающих не посмеет стать на твоем пути или причинить тебе зло?

– Да, так оно и есть. Слуги и служанки Арру лечат увечных и больных, и нужны всем. Подняв на них руку, рискуешь потерять шанс получить исцеление от Арру в случае нужды. Я даже лавку иногда не запираю - воры знают, чем грозит им посягательство на ме-сто силы богини. Проще голой рукой пытаться отыскать алмаз в гнезде стальных сколо-пендр.

– А распространится ли покровительство богини на твоих слуг и рабов?

– У покорных Арру нет и не может быть рабов!

– Это все знают? И могут ли у тебя быть слуги?

– Нет, но я-то знаю! А слуги - да, слуги могут быть. Но зачем они мне?

– Прекрасно. Правильно ли я понял, что созерцающих в городе мало, и после по-грома в штабе их стало еще меньше? А туги - это их личная охрана?

– Это тоже истиная правда!

– И далеко ли твоя лавка отсюда?

– Прямо в центре рынка, а что?

– А то, что мы сейчас собираемся, берем ноги в руки и идем, если ты не против, в твою лавку. Я буду твоим слугой-гномом. А ты, госпожа, - обратился он к Наталье, - извини, но этот путь тебе придется быть рабыней в ошейнике.

– Н-нет-нет, я не хочу!
– заикаясь, простонала несчастная купчиха.

– Не волнуйся, жезл будет у тебя. Ты будешь рабыней самой себя, - попытался ус-покоить ее Дарри.

– Это плохая мысль, - сказала Варазза, - у многих это вызовет подозрения, а у мно-гих - желание отобрать или купить рабыню. Лучше ей быть больной болотной лихоманкой, которую я веду к себе лечить. Мало кто рискнет дотронуться до такой больной.

– Это даже лучше!
– воскликнул гном, - видишь, госпожа, Варазза придумала на-много лучше, чем я! Только как ты придашь ей вид больной?

– Не волнуйся, это моя забота, - улыбнулась друидка.

– Ну, тогда собирайте свои вещи и в путь!
– провозгласил Камень. Заметив в углу ранец из грубого брезента, он вспомнил, что хотел уже найти что-то подобное для патронов и лишнего оружия. Дернув его за лямки, он удивленно присвистнул, уж больно тот был тя-жел. Открыв его, он убедился в своих робких подозрениях. То ли прежние хозяева дома бы-ли богачами, то ли туги ограбили не один дом, но ранец на четверть был засыпан золотом и серебром, вперемешку. Монеты, украшения, даже посуда. Оставлять такое было бы глупо, и он, убрав в ранец из поясной сумки лишнее оружие и патроны, закинул ношу за плечи.

– А что с Лизонькой, - прижимая руки к груди, спросила Наталья.

– Мы не сможем ее унести, госпожа. И не сможем достойно похоронить в эти дни. Но негоже оставлять мертвецов просто так, слишком много здесь творилось зла. В час не-чисти кое-кто может восстать. Я думаю, нам придется предать их прямо в доме огненному погребению, и праведников, и палачей. И пусть убийцы провалятся в бездну, а жертвы взой-дут на небо. Читай молитвы, и по сестре, и по Мирре, и по хозяевам, - с почтительной к чу-жому горю печалью сказал Дарри.

– Ничего не выйдет. Если заполыхает дом, то нас соседи сразу пристрелят. И будут правы, потому что могут сгореть и их дома, - заметила Варазза, обнимая купчиху, которая тут же начала всхлипывать ей в плечо, - Насчет нечисти все верно. Но нам придется уйти, все оставив так, как есть. Представь, сколько времени пройдет, пока все будет сделано. И ту-гов придется убрать с улицы, чтобы устроить погребальный костер. Если никто не помешает. А в любой момент может появиться другая банда. Или колдун. И что тогда?

– Как будто мало домов сейчас горит, - недовольно буркнул Камень.

– Там большие банды, и их боятся. А ты с оружием у нас один!
– возразила друидка.

Оставлять что-то недоделанным, или решать и делать впопыхах вовсе не по-гномьи, и Дарри был раздосадован. Но не мог не признать правоту армирки. Слова о других бандах или колдуне встревожили его. Он, предупредив бывших пленниц, вышел на улицу. Хоть Ва-разза и подлечила его, чувствовал он себя все же далеко не новенькой монетой, но делать было нечего. Кстати, о монетах... Подобрав "Таран" и выщелкнутые патроны, он зарядил его. Затем собрал рассыпаные из кошеля монеты. Пусть в ранце их много, негоже разбрасы-ваться деньгами. Не по-гномьи это! Затем добрел до сарая. Кот ушел по своим кошачьим де-лам. Дарри подобрал здоровенный кусок парусины, на котором, судя по всему, хозяева су-шили сено, и кое-как свернул его. Быстро прикинул, где бы ему устроиться, чтобы вход был как на ладони, а его из калитки было бы заметно не сразу, кинул парусину, на нее вещмешок, на мешок - винтовку и дробовик. Дойдя до ворот, он осторожно высунул нос на улицу. Странно, но она все еще была пуста. Он не сомневался, что из одного-двух домов из-за зана-весок наверняка глядят чьи-то глаза, и лишь надеялся, что глядят они не через прицел. Запа-шок уже был, да и не мудрено, учитывая, что половину убитых накрошил своей крупнокали-берной мясорубкой Воронов. И мух уже целый рой. Любопытно... А оружие-то и кошельки у убитых уже кто-то утащил! Вот тебе и пустая улица, вот тебе и никого! Сейчас вид тугов вызывал только злобную радость. Он, оттащив кое-как трех убитых, чьи тела мешали, при-крыл, как смог, ворота и даже накинул на скобы брус. Правда, калитку оставил незапертой и даже приоткрытой. Если кто-то появится, пусть не лезет в неизвестном месте через забор, и не вваливаются толпой в ворота, а идут по-одному через нее. Стрельба в городе не стихала, теперь уже слышна была не только винтовочная, но и пулеметная пальба. Лег, устроился по-удобней, поудобнее же устроил винтовку и дробовик и стал наблюдать за входом. Так, те-перь почти все. Он вытащил из подсумка два пустых магазина, набил их, поглядывая на ка-литку. Затем один поменял на тот, который был в винтовке, и добил тот доверху. Убрал ма-газины в подсумок и вздохнул - ну вот, половина запаса винтовочных патронов уже в мага-зинах...