— Ждет тебя, касатик, драка, — прошептала она мне на ухо. — Большая.

— Что? — воскликнул я. — Когда? С кем?

— Легче, красавец, — предупредила она, еще крепче сжимая мою шею. — Когда — всего через несколько минут. С кем — с крысиной стаей за моим плечом… не смотри прямо на них!

Ее последнее предупреждение остановило мой рефлекторный взгляд, и действуя поосторожнее, я бросил украдкой взгляд уголком глаза.

У стены лавки слонялась, внимательно следя за нами, дюжина с чем-то самых отталкивающих, самых скверных на вид типов, каких я когда-либо видел.

— С ними? Я хочу сказать, со всеми? — спросил я.

— Угу, — подтвердила она, прильнув к моей груди.

— Почему? — потребовал я ответа.

— Вероятно, мне не следовало бы тебе этого говорить, — улыбнулась она, — но из-за меня.

Только ее крепкие объятия не дали мне толчком освободиться от нее.

— Вас? Что насчет вас?

— Ну, они ужасно жадная компания. И они намерены так или иначе сделать на этой встрече какие-то деньги. Если бы все было нормально, то ты бы отдал деньги мне, а я бы отстегнула долю им. В том маловероятном случае, если это не сработает, они притворяться защищающими мою честь и выбьют их из тебя.

— Но вы не понимаете! У меня нет никаких денег!

— Я это знаю. Вот потому-то тебя и ждет драка, ясно?

— Но если вам известно, что у меня нет никаких денег, тогда зачем вы…

— О, я не знала, когда впервые остановила тебя. Я выяснила это только теперь, когда обыскала тебя.

— Обыскали меня?

— Да брось ты, красавец. Обыскать личность можно многими способами и без рук, — она знающе подмигнула мне.

— Ну, а разве вы не можете им сказать, что у меня нет денег?

— Они мне не поверят. Единственный способ убедить их, это дать им самим тебя обыскать.

— Я готов им позволить, если для их убеждения требуется именно это.

— Не думаю, — улыбнулась она, поглаживая мне лицо ладонью. — Они в том числе проверят, не проглотил ли ты свои деньги.

— О! — произнес я. — Я понимаю, что вы хотите сказать. Но я не могу с ними драться. У меня нет никакого оружия.

— У тебя под рубашкой на пояснице тот ножичек, — указала она.

Я забыл про свой ножичек для снятия шкур. После этого я начал верить в ее технику обыскивания без рук.

— Но я никогда раньше не участвовал в драке.

— Ну, я думаю, тебе предстоит научиться.

— Слушайте, зачем вы вообще мне все это рассказываете? — спросил я.

— Не знаю, — она пожала плечами. — Мне нравиться твой стиль. Вот почему я в первую очередь и выбрала тебя. Потом я опять же чувствую себя немного виноватой из-за того, что втравила тебя в это.

— Вы мне поможете?

— Я не чувствую себя настолько виноватой, красавец, — улыбнулась она. — Но есть еще кое-что, что я могу сделать для тебя.

Она начала притягивать меня к себе.

— Минуточку, — запротестовал я. — Разве это не…

— Расслабься, красавец, — промурлыкала она. — Тебя того и гляди отдубасят за оскорбление моей чести. Ты вполне можешь получить немного сладкого вместе с горьким.

Прежде, чем я смог запротестовать снова, она поцеловала меня. Долгим, теплым и сладким поцелуем.

Меня раньше никто не целовал, кроме матери. Это было совсем иное! Драка, Ааз, дракон, все вылетело у меня из головы. Я заблудился в чуде этого мгновения.

— Эй!

Мне на плечо упала грубая рука и разлучила нас.

— Этот клоп беспокоит вас, сударыня?

Личность на другом конце этой руки была не выше меня, но вдвое шире, и изо рта у нее торчали короткие кривые клыки. Позади веером рассыпались его дружки, эффективно прижимая меня к навозной куче.

Я посмотрел на девушку. Она пожала плечами и отступила в сторону.

Дело выглядело так, словно мне предстояло драться со всеми ими. Мне и дракону. Восхитительно!

Я вспомнил про свой ножик для снятия шкур. Он был не бог невесть что, но был всем, что у меня имелось. Я как можно небрежнее протянул руку за спину и потянул за рубашку, пытаясь вытащить ее так, чтобы суметь добраться до ножа, но нож тут же провалился мне в штаны.

Экипаж с разбитого корабля двинулся вперед.

— Взять их, Глипп! — рявкнул я.

Дракон одним прыжком вступил в действие: ход, как мне думается, удививший меня больше, чем нападающих.

Он прыгнул между мною и наступающей крысиной стаей и пригнулся, угрожающе шипя. Его хвост хлестанул с такой силой, что чуть не отхватил ноги у двух фланирующих членов шайки. Каким-то образом, разозлившись, он казался намного крупнее.