Трубка снова вспыхнула ярко желтым пламенем, а дым все больше окутывал ветхую избушку, пока силуэты двух человек да расплывчатые очертания огня от свечей стали тонуть в нем. И теперь уже тихий, ровный и спокойный голос, сквозь небольшие перерывы на покашливание, вещал:

– Если в теплый июньский полдень, а тогда на дворе стоял именно июнь, взглянуть с высоты птичьего полета на заливные луга Хермелирда, то можно было принять это место за райский уголок...

Если в теплый июньский полдень, а тогда на дворе стоял именно июнь, взглянуть с высоты птичьего полета на заливные луга Хермелирда, то можно было принять это место за райский уголок. Эти прекрасные наделы кругом опоясывал по-настоящему благородный лес. Он уходит за горизонт и может сложиться ощущение, что ему нет конца и края. Хермелирдский лес очень богат на всякого рода живность и растительность. Недаром, хозяин этих земель очень любит охотиться в нем на кабанов, медведей и оленей. Он регулярно совершает выезды туда с верной свитой, да с парой верных охотничьих собак и возвращается с богатой добычей.

В этом лесу несет свои воды кристально чистый ручей - источник воды и жизни поместья. Конечно, давным-давно уже была прорыта сеть колодцев на территории старинного замка, уходящего корнями в далекое прошлое, в недра земли, туда, где текут грунтовые воды. Но крестьяне все равно предпочитают ходить за водой к ручью.

Нельзя отдельно не выделить и величие замка барона. Он даже стоял на холме, как бы демонстрируя свою бесподобную мощь и возвышенность над этим суетным миром. На самом же деле это было сделано с целью максимальной безопасности его обитателей. С давних времен замок не раз подвергался нападениям врага и его холодные каменные стены хранят память тех лет. Но ни разу не удалось неприятелю пройти даже внешние стены крепости: настолько была совершенна эта конструкция и система обороны.

Внутри двора находилась резиденция барона и часовня. В крепостной стене были размещены казармы стражников и кладовые комнаты. Возможно, там скрывалась целая сеть ходов, ведущих к потайным комнатам и подземельям, но все это было тщательно скрыто от глаз простого смертного. На каждом углу твердыни (а их всего было четыре), тянулись к небу сторожевые башни и на каждой из них неустанно взирали вдаль лучшие лучники барона. Внешняя стена замка была снабжена всеми средствами для выдерживания осады: катапультами для метания горящих ядер, котлами для кипящего масла и подмостками для наиболее удачного обстрела неприятеля. Защитников также скрывали от стрел и осадных орудий узкие бойницы и шипы по всему периметру в случае штурма с помощью лестниц. Вокруг же замка пролегал глубокий ров с торчащими из воды заостренными деревянными кольями. Через ров перебрасывался подъемный мост для выхода в прилегающую к крепости крестьянскую усадьбу и связью с внешним миром.

Но никогда бы Хермелирдский замок не выглядел бы так изысканно без этих уютных хижин, расположившихся вдоль баронской дороги. Запах свежескошенного сена, звуки из хлева и почти регулярный звук от работающих инструментов прекрасно преподносили скромную деревенскую жизнь. Около небольших каменных домиков была разбросана неброская крестьянская утварь, да и вообще тут постоянно кипела жизнь. Местные жители регулярно работали на обширных полях надела, поэтому в усадьбе всегда было довольно людно. Чуть только сюда приходил рассвет, как немедленно утренний воздух начинали сотрясать удары мотыг, шуршание плуга, фырканье коней да звонкий людской говор и смех. И до заката этот гигантский муравейник не переставал свою возню.

Это добротное местечко принадлежало только одному человеку: барону Седрику Дику. Знатный и благородный род Диков был удостоен королевской честью, еще задолго до начала Крестовых походов, поместьем Хермелирд и титулом. Еще в те времена, первый владелец этих земель Эрих Дик под знаменами германской короны совершал набеги на непокорных соседей, а те, в свою очередь, не раз осаждали замок и терпели поражение. Всегда окруженные милостью престола, Дики ревностно ухватились за возможность завоевания Святой Земли, и уже после того, как государство Иерусалимское стало существовать на законных основаниях, где-то на осажденных крепостях, на ярко алом полотнище, красовался горностай - эмблема баронства Хермелирд.

Достаточно разбогатев, род Диков никогда не скупался на пышные празднества с приглашением почетных гостей и почти полностью отказался от завоевательных походов и междоусобиц. Лесные массивы были источником жизни в тех краях, и подданные барона безжалостно покоряли природу и пользовались ресурсами ради удовлетворения своего господина.

Если бы лес был живым, то он бы застонал от бесконечного и непомерного потребительского поведения живущих здесь людей. Но зеленое море оставалось глухим наблюдателем.

Вскоре подошли и те времена, когда родился сам Седрик. С детства он был тучным, но в то же время подвижным и жизнерадостным, вероятно, сказались гены его далекого прадеда Эриха, того кого принято считать основателем рода. Отец Седрика, Аделар Дик, несмотря на свое выдающееся воинское прошлое, большую часть жизни посвятил воспитанию своего отпрыска. После возвращения из итальянского похода короля Фридриха барон Аделар женился на знатной даме Росвите и с тех пор никогда больше не покидал земель Хермелирда.