Последний корабль мятежников не мог маневрировать и не запускал ракеты, очевидно, полностью израсходовав боезапас. Что теперь, оставить его вечно плавать в холодной пустоте необитаемой системы? Вот именно, пусть подохнут с голоду, мстительно подумал Мартинес.

— Все оставшиеся ракеты перенацелить на одинокий корабль, — распорядилась Миши.

Судя по тону, мысль о мести также не была ей чужда, но леди Чен, видимо, решила, что смерть от голода слишком хороша для мятежников.

Ракеты одна за другой разворачивались и ложились на новый курс. Обреченные наксиды принялись сбивать их лазерами, но Миши, не долго думая, скомандовала дать ещё залп. Последние выжившие из Пятой легкой эскадры умерли на добрых полчаса позже своих товарищей, сражаясь с храбростью и умением, которых ни одному из их сородичей не суждено было увидеть и оценить.

— Всем судам эскадры: торможение половина g, — прозвучала команда. — Подготовиться к приему катеров и ракет.

— Сообщение с «Небесного», по радио, — доложил сигнальщик. — На связи лейтенант Горат из вспомогательного центра управления.

Поскольку пострадавший корабль продолжал маневрировать в точном соответствии с программой разлета, о нем пока никто серьезно не беспокоился.

— Повреждены четыре передних отсека, — перечислял Коэн. — Капитан Элди и весь экипаж главной командной рубки погибли. Судно управляемо, производится замена вышедших из строя датчиков. Лазерные системы не отвечают. Одна ракетная батарея, возможно, уничтожена — данные проверяются.

Миши кивнула.

— Лейтенанту Горат — благодарность за службу. Передайте ей, что мы готовы оказать любую помощь. Капитан Мартинес, распорядитесь, чтобы все суда произвели внешнее обследование «Небесного» с помощью своих датчиков. Результаты переслать лейтенанту.

— Есть, миледи.

Эскадра развернулась, взяв курс на третий тоннель Протипана, и включила ускорение. До цели оставалось пять дней пути. Из четырнадцати катеров, вылетевших для коррекции ракет, уцелело восемь. Восьмым был принят на борт флагмана единственный выживший член экипажа «Ведущего». Кадет-даймонг, испытавший тяжелое потрясение, сменил погибшего пилота с «Прославленного». Носы остальных кадетов быстро почувствовали разницу, однако никто не жаловался. Любой из них мог оказаться в его положении, превратись флагманский корабль в радиоактивную пыль, остывающую на солнечном ветру.

Продолжая корить себя за потерю, Мартинес утешался мыслью о том, что теперь мятежникам придется потратить немало времени, разбираясь в причинах своих неудач. С исчезновением уже второй эскадры они наверняка заподозрили, что у лоялистов появилось новое секретное оружие. Станции третьего тоннеля предстояло вот-вот взорваться — задолго до того, как свет от места битвы успеет ее достичь. Даже когда эскадра леди Чен, пройдя тоннель, появится в системе Маздана, ни один из наблюдателей врага не сможет узнать, каким именно образом погиб отряд Блескота.

Лежа в койке, капитан вглядывался сквозь наплывающий сон в дисплей на потолке, где тускло мерцала багровая громада Пасти с ее загадочными вихрями и россыпями темных облаков. Он боялся закрыть глаза, зная, что увидит: темное пространство космоса, разорванное вспышками раскаленной плазмы, и гибнущий корабль с сотнями товарищей на борту.

Сидя в притихшей рубке, подсвеченной сиянием Пасти, лейтенант Северин наблюдал за отдаленными перекатами огненных волн, захлестнувших вражескую эскадру. Он заранее высчитал, когда произойдет столкновение, и вернулся через тоннель в систему Протипана, заглушив двигатели и активировав все датчики, чтобы ничего не упустить.

Три дня экипаж спасательной шлюпки провел на той стороне, в Сейшо, пополняя запасы на покинутой ретрансляционной станции, наслаждаясь теплыми постелями, наедаясь до отвала. Начальство оказалось в растерянности. Северин, будучи начальником второй станции в Протипане, допустил чудовищное нарушение инструкции, сместив вход в тоннель, и заслуживал самой суровой кары. С другой стороны, его действия фактически спасли систему Сейшо от вторжения врага, не говоря уже о добытой информации и невиданного повышения в звании, которое он получил из рук самой леди Чен. Во всяком случае, ссориться с командующей никто не захотел — Северин получил многочисленные благодарности, а в придачу ещё и почетную медаль поисковой службы. Остальные члены экипажа могли утешиться знаком «За достойное поведение».

Другие новости оказались менее утешительными. Наксиды взяли столицу. К удивлению многих, это вовсе не означало конца войны. Северин усмехнулся, легко догадавшись о планах леди Чен: массированный рейд по тылам противника, основные силы которого завязли на Заншаа, напрашивался сам. Такая война была по вкусу предприимчивому лейтенанту. На Протипан он вернулся по собственной инициативе, не спрашивая разрешения, а лишь проинформировав начальство — возражения на ту сторону все равно некому было бы передать.

Убедившись, что запись битвы надежно сохранена и продублирована в памяти компьютера, Северин дал команду пилоту развернуть шлюпку носом в тоннель и начинать отсчет двигателя. Сам же включил радиосвязь.

— Говорит лейтенант Северин из поисковой службы. Сообщение для леди командующей Чен. — Он улыбнулся в камеру. — Разрешите поздравить вас с блестящей победой! Я прибыл в систему как наблюдатель и, вернувшись на Сейшо, предоставлю властям подробную запись сражения… — Лейтенант смущенно откашлялся. — Надеюсь, вы простите мне мое нахальство, но советую заранее проверить координаты входа в тоннель. Мятежники могли последовать моему примеру и сдвинуть его… К моменту получения вами этого сообщения я уже покину систему Протипана. От души желаю вам успешного выполнения миссии. Конец сообщения.