Парень моргнул пару раз, а я продолжила:

— Предлагаю сотрудничество, а там, глядишь, и подружимся. А теперь скажи, те парни — это ведь наемники, да? Они по мою душу приходили? Как ты их заметил? Как понял — кто они?

Я забросала парня вопросами, но он не стушевался. Секунду он раздумывал над чем-то, потом, кивнув, полез за пазуху.

— Ты права, смотри. — Воин протянул мне ладонь, на которой лежала до боли знакомая миниатюра. На ней была я, точнее, мой портрет.

— Откуда у тебя это? — нерешительно касаясь золотистого ободка, произнесла я.

— У одного из наемников забрал. Они громко переругивались между собой, сравнивая портрет с оригиналом. Если бы они не шумели, я бы их не заметил. Амулеты на них очень сильные.

— На портрете мне пятнадцать лет, как раз возраст невесты. Мама заставила меня позировать художнику, и вот такие миниатюры появились у всех потенциальных женихов.

Воин задумался.

Как же я с матушкой ругалась из-за этих миниатюр! Я, бесспорно, получилась очень красивой, но меня злил тот факт, что я являюсь редкой кобылой на ежегодной ярмарке. Даже у его высочества имелся свой экземпляр, который он сам и попросил. Мотивировав это тем, что будет «любоваться этим чудом». Что он имел в виду, я не поняла — то ли искренне восхищался моей красотой, то ли просто издевался. Естественно, ему не посмели отказать. Тем более матушка отчего-то решила, что принц может стать моим мужем, и даже заставила меня сделать собственноручную подпись на обороте портрета.

Я перевернула миниатюру. Странно, это тот самый экземпляр, подаренный Маршену. Как-то в голове не укладывалось, что его высочество пытается от меня избавиться. Виделись мы с ним нечасто. Хоть мое положение в обществе обязывает постоянно находиться на виду, посещать различные праздники и балы, но я всегда успешно их избегала. Нет, конечно, существовали обязательные мероприятия, связанные с важными событиями, на которых я не могла не присутствовать, но это случалось очень редко, к моей радости и счастью. За все время, что я выхожу в свет, я танцевала с Мартеном один-единственный раз, на празднике в честь моего дня рождения. И что-то я тогда не заметила с его стороны пламенных чувств ко мне.

Здесь явно пахнет дурными делами! Взять хотя бы требование императора… Почему именно я должна была отправиться в Шанталез? И как он это объяснил Высшему Правителю? Или это мне объясняться придется? Елки зеленые! Да у меня язык не повернется сказать причину, по которой отправили. Точнее, официальную версию.

Почему он не отправил Изабелл?

Вот оно!

Я даже подскочила со стула!

— У меня есть предположение!

— У меня тоже, — мрачно сообщил Локед.

— Ты первый, — быстро сказала я.

— Принцесса. Я думаю, она здесь.

— Я тоже думаю, что Изабелл — зачинщик, но вот чтобы она была здесь… — протянула я, — ты преувеличиваешь.

— Нет, она точно здесь, — хмыкнул он. — Объясню, когда все соберутся.

— Так нечестно, — возмутилась я.

— О чем вы? Какая такая честность? — ухмыльнулся воин.

— Ах так? Ну, я тебя…

Не думала, что буду как сумасшедшая гоняться за своим охранником по комнате, попеременно награждая его то пинком, то подзатыльником. А он лишь хохотал и успешно уворачивался.

За этим безобразием нас и застали его напарники и магистр Дрем.

— Ой, — пискнула я, когда подушка врезалась в Дрема, открывшего дверь.

Локед еще громче рассмеялся, за что и поплатился. Магистр приподнял бровь, и подушка врезалась воину точнехонько в лицо. От неожиданности он упал, но смеяться так и не перестал.

— И что здесь происходит? — усаживаясь на мою кровать, спросил Дрем.

— А что происходит? — Я невинно похлопала ресничками.

— Это мы так стресс снимаем, — хмыкнул уже поднявшийся Локед.

— Нападение? — вмиг посерьезнел магистр.

— Да, — согласилась я и плюхнулась на стул.

— Рассказывай.

Альв и горгулл сели возле Локеда. Все внимательно слушали повествование, я молчала. Когда Локед поделился нашими соображениями, влезла, заявив, что сомневаюсь в его версии касательно местонахождения Изабелл.

— А я уверен, что она здесь. Герцогиня, объясните причину, по которой вместо нее отправились вы? Насколько я помню, Высший Правитель требовал невест из императорских семей.

Чтоб у тебя язык отсох, альв недоделанный.

Магистр заинтересованно разглядывал мое лицо. Да-да, я покраснела, чувствую. Даже уши горят.

— Вам как, правду или официальную версию?

— Конечно, правду, — взвизгнул горгулл.

— Тогда — не знаю.

— Ты еще смеешь издеваться, человечка? — подскочил он.

— Абрерх, — подорвался Локед и опустил руку ему на плечо, — она не лжет.

— Да? А не слишком ли смелое заявление, Локед? Откуда такая уверенность в ее честности?