быть затвердевшим сухарём, но внутри она как сладкий зефир. Она верна и

сделает всё, что будет в её силах для того, кого назвала своим другом.

— Может быть, мне стоит пойти с тобой, как-то расшевелить

атмосферу, потому что Бог свидетель, ты не сделаешь первый шаг, — она

делает паузу на секунду. — Хотя тебе и не нужно. Такой сахарок, как ты, не

должна гоняться за кем-то.

— Я бы и не смогла… — я ухожу. Хотелось бы иметь хоть каплю

смелости, чтобы сблизиться с Бью, но увы у меня её нет. Черт, когда он

коснулся меня, я как будто язык проглотила. Мы стояли, и просто молча, смотрели друг на друга. Затем он ухмыльнулся и ушёл. А я застыла на

месте как истукан не в состоянии переварить то, что произошло.

— Нет, я буду действовать методично.

Что является правдой. Я раньше никем не увлекалась, и это сводит

меня с ума. Почему моим первым объектом обожания оказался именно он, а не кто-то из моего круга?

— Жду не дождусь свадьбы, когда приду со своим эскортом в черных

бриллиантах и черепах, и буду самой плохой подружкой невесты, —

говорит она, подмигивая мне поверх кружки.

Показываю ей язык, хоть и знаю, что это по-детски. Она смеется, когда

я хватаю свой кошелёк и белый пиджак, висящий рядом с входной дверью.

Едва переступив порог, бабочки в моем животе уже устраивают

вакханалию.

— Не делай ничего такого, чего бы не сделала я, — крикнула она мне в

след. Я фыркаю. Нет ничего, чего бы Тия не сделала.

Глава 2

Бью

– Сэр, она идёт.

Я отрывают от файла, который пытаюсь прочитать уже целый час. Я

продолжаю читать те же две строчки снова и снова, потому что схожу с

ума. После этих слов я мгновенно подскакиваю, и когда я дохожу до двери, Кэти уже стоит с моей курткой в руках. Я хватаю её и продолжаю идти.

– Нет, мне не нужен кофе, спасибо, что спросил, – хихикает она, когда

я ухожу.

Она единственный человек в этом офисе, который может умничать и

оставаться безнаказанной. Наверное, это потому что она для меня больше

мама, чем секретарь. Вначале меня это раздражало, но потом я перерос это.

Я не привык, что женщина ухаживает за мной, просто потому что она

заботливая. До этих пор, любой, кто проявлял ко мне интерес, делал это

только потому, что думал, что я, в некотором роде, могу им помочь.

Как только открываются двери лифта, мой охранник Сэмюель заходит

в него вместе со мной.

– Не заходи в кафе, – говорю ему я. Я говорю ему эти же самые слова

каждый день, но мне плевать.

Он кивает.

– Я знаю, сэр.

Его лицо никогда не меняется. Я знаю, что он ненавидит, когда я хожу

куда-нибудь, и он не может быть рядом, когда у вас столько же денег, сколько у меня, вы никогда не можете быть слишком осторожными. Я не

хочу пугать моё солнышко. Сэмюэль и я крупные мужчины, и это может

быть пугающим, когда мы стоим вместе. Обычно, у меня даже появляется

такой же взгляд, как у него сейчас. Прямой. Ничего не показывающий. Он

хорошо работает в зале суда и также хорошо избавляет меня от

нежелательного внимания.

Но с моим маленьким солнышком, я всегда должен быть уверен, что

улыбаюсь. Я не хочу её отпугнуть или показаться устрашающим. Также я

хочу сказать Сэмюэлю держаться от нее подальше, но не могу. Он следит за

ней, когда я не могу этого делать.

– Сэр, – должно быть он почувствовал некоторое напряжение, царящее

в лифте.

– Она моя. – Смотрю я на него. Я чувствую как соперничество, которое

я никогда раньше не ощущал, скользит по моему телу. Так всегда, когда я

думаю о ней. Бля, она нужна мне.

Он резко кивает.

– Да, сэр. Я передал то же самое Куинну.

Я чувствую, как некоторая напряжённость покидает мои мышцы.

Куинн – это охранник, который следит за ней сейчас. Это первый раз, когда