– Если не будешь орать, ребенок не проснется.

– Если не будете бить, то и орать не стану!
– немного сварливым шепотом отозвалась я, вывертываясь из его хватки. Фиг бы вывернулась, конечно, если бы он сам в какой-то момент не разжал пальцы... Похоже, его забавляла моя неожиданная строптивость. А у меня не получалось по-другому - перенервничала, да и сию секунду тоже не могла похвастаться безмятежным расположением духа.

Катюшка... как же мне тебя найти, ребенок?! Тем более без помощи Никитки... Но я подумаю об этом потом, когда меня отпустят в город одну. Ну... относительно одну.

– Характер в карман не спрячешь?
– насмешливо спросил эльф, интимно наклоняясь ко мне и глядя в глаза. Ух! Но мне нельзя по-настоящему с ним ссориться... Что за игры он тут затеял? Может ведь приказать, если захочет. Почти что угодно может приказать!

– Что поделать, господин, вам досталась не самая завидная собственность... Я никогда не была чьей-то вещью.

– А как же муж?
– эльф продолжал разглядывать меня с неподдельным любопытством, как особо заковыристую сикарашку.
– Не будешь же ты утверждать, что в своем мире родила внебрачного ребенка?

– Не буду, - я пожала плечами.
– Но в нашем мире другие отношения между мужчинами и женщинами.

– Неужели женщины главные и держат своих мужей в черном теле, а то и вовсе в гареме?
– еще и ехидничает, сволочь... а сам словно бы невзначай пальцами пробежался по шву на рукаве моей рубашки. Ну да, заштопала! Она у меня единственная, между прочим, и такие намеки я воспринимаю не как интимные, а как жлобские - штопка ему не понравилась... сам бы попробовал прожить несколько месяцев, имея всего один комплект одежды в условиях долбанного средневековья!

Заметив, как я подобралась, эльфийская морда опять насмешливо выгнул бровь:

– Госпожа недовольна тем, что низшее существо мужского пола посмело до нее дотронуться без спросу?

Вот у чувака фантазии, а?! Я слегка опешила от такого поворота, даже понимая, что ушастая сволочь просто и откровенно издевается.

– Между прочим, тонкие иголки стоят гораздо больше, чем зарабатывает служанка на псарне, - я решила сделать вид, что близко не поняла его странных поползновений, и вообще...
– Тем, что было, я заштопала рубашку очень даже качественно, и незачем тыкать пальцем... И в моем мире мужчин не считают низшими существами, впрочем, как и женщин. Муж и жена - равноправные партнеры.

– Дикари, - поморщился эльф, отступая на полшага. Уф, даже дышать стало легче, когда он перестал нависать.
– Ничего, я сделаю из тебя цивилизованную... женщину. Так и быть, я выделю тебе сопровождающих и дам денег, чтобы ты сменила гардероб на более достойный. Но учти, если оденешься, как вульгарная степная орка, воображающая себя “равноправной”, я сам сорву с тебя эти ужасные тряпки и заставлю тебя ходить по дому голой!

Если честно, мне было плевать, что носят вульгарные равноправные орки, хотя следовало бы поинтересоваться. Но мне и на перспективу принудительного нудизма было... как бы так помягче выразиться?

Потом разберусь с тряпками, орками, эльфами... Катюшка! Господи, только бы найти, только бы...

Но эльфу в ответ на его милостивую угрозу (денег дал, разрешение дал, но гадость сопроводительную тоже сгенерировал) я честно сделала сначала радостные глаза, потом испуганные.

М-да, судя по ехидному прищуру и уже знакомой кривоватой усмешке, мне попался, зараза, слишком умный рабовладелец. Дурочку ему сыграть будет непросто...

Но я справлюсь!

А утром, когда я, промаявшись всю ночь, насочиняв сто грандиозных планов, сто раз убедившись, что все это чушь и идиотизм, и придя в отчаянье, собралась в город, вылезла новая проблема.

Точнее, проблема проснулась и категорически отказалась отпускать маму. Я и так Никитоса уговаривала, и эдак... хоть тресни - “НЕТЬ!” и все... а главное, стены опять подозрительно затряслись, между детскими ладошками замелькали голубые искры, и вторая вышитая подушка украсилась сквозными подпалинами...

– Чем ты опять недовольна?
– я как раз пыталась спрятать улику под кушетку у стены и стояла там, согнувшись в три погибели, при этом не спуская с рук огнеопасного сыночку, когда эльф неожиданно возник в дверном проеме.

– Я отпустил тебя за покупками и выделил охрану. Не стоит ломать мне дом, - что-то он подозрительно миролюбивый... дал бы по башке, если и правда считает, что я ему поместье трясу силой магии. Так нет же - стоит, картинно привалившись плечом к дверному косяку, руки сложил на груди, демонстрируя неплохие бицепсы сквозь тончайший шелк белой рубашки. Штаны напялил обтягивающие и вообще весь из себя герой-любовник. Подозрительное дело!

– Это вы отпустили, господин, а вот мой сын не отпускает, - я выпрямилась и продемонстрировала эльфу крепко вцепившегося в меня Кукушонка. Когда тот хотел, он вполне успешно изображал детеныша какой-нибудь обезьяны, демонстрируя “мертвую хватку”.