– Давай коли, пока я не передумала! – Ганимед уколол ее средний палец и провел им по ребру книги. И неуступчивая книга раскрылась сама.

– Ну, а я что говорил – ключ, - удовлетворенно заметил Ганимед.

– Я так понимаю, твоя кровь тебе и читать, - злорадно улыбаясь, заметила Медея. – Боги благодарю! Я спать, она читать – ой как нравится мне подобный расклад.

– Медея! А артефакт? – охладил ее пыл Ганимед.

– Ах, да. Пойдемте, - они прошли в спальню. – Зеркало над комодом – это артефакт, - торжественно и почему-то шепотом сообщила Медея.

– Дай догадаюсь – ты не смогла в него зайти, - спросил Ганимед.

– Обижаешь. Я как раз смогла. И ты сможешь, но куда идти дальше я понятия не имела и по-прежнему не имею. Душа Изабелл где-то там. Но привести к ней сможет только заклинание из гримуара, который читать тебе Ора, а я спать? – Медея с надеждой взглянула на Ганимеда.

– Ты спать. Я даже сам лично доставлю тебя в гостиницу, но неужели ничего по князю Мглы?

– Шеф, ну в кого ты такой прозорливый? Информация по князю Мглы была хорошей новостью, но без союза «но».

– Медея, если бы я не был знаком с твоим мерзким характером уже семьсот лет, я бы сейчас решил, что ты издеваешься надо мной! – «Нет! Ведьма богини не лучше!» - подумал он. – Так что там с князем Мглы?

– Он был в такой ярости, и так себя не контролировал, что даже его тень пожаловалась другим теням, как ей с ним сложно! – торжественно сообщила Медея.

– И…? Мы знаем имя…? – Ганимед нутром чувствовал союз «но».

– Нет. Она же тень, - заморгала глазками Медея.

– Ты сказала, что хорошая новость без союза «но», НО почему же я все же ощущаю «но» или мне это просто кажется?
– Ганимед злился, хотя понимал, что Медея проделала сумасшедше хорошую работу.

– Тебе кажется… – победно улыбнулась ему Медея. Тень поклялась Гекате, что сдаст его имя, как только ты задашь ей правильный ответ.

– Гекате?

– Да. Она явилась почти сразу, как только вы отбыли. Она сердита, очень сердита. Ее не интересует заговор, но она потеряла 11 светлых жриц. Это много. Вопреки всеобщему мнению, Геката нуждается в подпитке не только от темной магии, но и от светлой. В древние времена, люди так боялись магии, что отнесли всех жриц Гекаты к темным. Это позволило им запретить культ Гекаты, как причиняющий вред и зло. Но Геката не добрая и не злая, она нейтральна. Ее обязанность, как и обязанность Зевса – соблюдать баланс. И с точки зрения Гекаты – баланс уже нарушен. Младенцы, родившиеся со светлой душой – восстановили баланс Тьмы и Света, но не баланс Темной и Светлой магии. Геката утверждает, что перевес значительный и это значит, что уже сегодня любой темный маг много сильнее любого светлого мага. Ты понимаешь, о чем я? Шеф?

– Ну вот, а ты обещала новость без союза «но», - усмехнулся Ганимед. – Не особо понимаю, но предполагаю, что Геката хочет, чтобы мы вернули ей похищенную магию…

– Да. Чтобы она могла ею наградить светлые души.

– А у Гекаты есть идеи как нам помочь? Или только требования? – Он тоже умел быть злым.

– Шеф – она даст нам имя князя Мглы, и все, что требуется от тебя – это дать ей список князей, - обескуражено ответила Медея. Ганимед понимал, что зря он при Медее наехал на ее высокопоставленную патронессу. Кроме того, Геката совершенно права баланс светлой и темной магии, также важен, как и баланс Тьмы и Света, Добра и Зла. Последний дисбаланс в светлой и темной магии привел к продолжительным темным временам и к инквизиции, на кострах которой рядом с выдающимися магами горели также выдающиеся умы науки. Шесть столетий инквизиции замедлили прогресс – на шесть столетий. И если бы не Астрея – Галилео Галилей и его труды сгорели бы на костре, как и Джордано Бруно или были бы низведены до ереси как труды Николая Коперника. Но богиня вмешалась. Ганимед до сих пор улыбался, вспоминая реакцию Зевса:

– Одного не понимаю, как тебе хватило выдержки продержаться аж сто лет, я из-за тебя проспорил Ганимеду – право, которое дает ему: один раз ослушаться меня без последствий и, что самое обидное, даже без упреков. Доченька моя, ты хоть понимаешь, как ты подставила своего отца! – качал головой сокрушенный Зевс.

Впервые за последние два месяца Ганимед чувствовал себя в «своей тарелке». Он умел решать проблемы, но не умел брести в тумане. Он знал теперь – с кем имеет дело. Он знал чего ожидать. У него почти готов план действий. И у него есть ключ. Это намного больше чем было вчера. И даже Керт – больше не казался ему устрашающим. Он знал его, к сожалению, далеко ни как облупленного, но достаточно хорошо. Имя князя Мглы – этого достаточно, чтобы его призвать. Смогу призвать, смогу и приручить, по крайней мере, заякорить. Толку Керту от заякоренного князя – будет очень мало. Он будет на его стороне, но ничем не сможет помочь. А еще он был почти уверен, что сможет защитить эту одиннадцатую ведьму и ту, что живет в Сандер Бей.

– Ора! Я надеюсь, ты сможешь встретиться с Гекатой посредством портала, когда она пригласит тебя на урок?

– Думаю, да…, а что?

– Мы сегодня же вылетаем в Сандер Бей!

[1] Имеется ввиду двенадцатибалльная шкала Бофорта, принятая Всемирной метеорологической организацией.

[2] Эвринома - богиня всего сущего, в начале творения восстала из Хаоса

[3] Гримуар — книга, описывающая магические процедуры и заклинания для вызова духов (демонов) или содержащая какие-либо колдовские рецепты.

Глава 11

Глава 11

Так как происхождение Пандоры держалось в строгом секрете, то о развитии ее магии, полученной в наследство от отца Громовержца, не могло быть и речи, поэтому все чему научили ее Афина и Геката – это контролировать и сдерживать свою силу. В результате, она обладала огромной силой, но совершенно не умела ею пользоваться. Поэтому она еле дождалась момента, когда останется наедине с гримуаром. Она еще в доме Изабелл обратила внимание на то, что он рукописный, и это только добавляло ему (гримуару), в ее понимании, очарования и загадочности.