— Direcci'on? («Направление» — перевод с исп.) — приятной внешности водитель приветливо улыбнулся в зеркале.

— Oh, si. — И чтобы не позориться со своим ужасным произношением испанского, я протянула ему листок, на котором был написал адрес. Водитель пробежался по нему взглядом и карие глаза удивленно распахнулись.

— Estas segura? («Это точно?» — перевод с исп.) — его указательный палец ткнул в адрес. Он спрашивает, уверена ли я? Да, а почему нет? Странный какой–то! Там все должно быть правильно, я два раза сверялась с Эльвирой.

— Si! Si! — я уверенно качнула головой! И чтобы он больше не задавал вопросов, сразу узнала стоимость проезда. Правда, уже на английском. Этот язык я все же знала в идеале. Мама, американка по происхождению, разговаривала со мной на нем с рождения.

— Twenty one dollar (двадцать один доллар — англ.), — ответили мне с сильным испанским акцентом, после чего автомобиль, наконец, тронулся.

Полчаса мы ехали по трассе, пока я наслаждалась умиротворяющей прохладой от кондиционера. Тридцать минут рая на земле, перед предстоящей удручающей жарой. Мимо проносились ярко–зеленые леса Пуэрто Рико, насыщенные красками от щедродарующего тепла солнца. И что самое интересное: за все это время проехал только лишь один автобус, причем до аэропорта. Это сколько же можно там торчать на остановке, желая сэкономить двадцать один бакс? Нееет, уж лучше растратиться, зато с комфортом, прохладой, и намного быстрее.

Город оказался безумно красивым! Я, наверное, выглядела, как сбежавшая из джунглей обезьяна, выглядывая из окна и глазеющая на все подряд, но мне было все равно. Внутренности заполнял адреналин и такое долгожданное чувство свободы! Я сама! В Сан–Хуане! На целый месяц! Какие уж тут мысли о том, как я выгляжу в глазах местных? Сначала мы ехали по современной части города, которая не особо привлекала внимания, так как смотреть там было практически не на что. Точнее, здания–то красивые, навороченные, но этого мною было видено предостаточно! А вот Старый Сан–Хуан произвел самое неизгладимое впечатление. Полный разнообразных красок, он так и дышал древностью. Дома самых всевозможных цветов промелькали как разноцветные стеклышки мозаики. Розовые, голубые, желтые — они словно соревновались между собой кто ярче, и который из них привлечет больше туристов с фотоаппаратами, чтобы запечатлеть себя на их фоне и стать частью этой восхитительной мозаики. С другой стороны дороги бился размеренными волнами океан. Бесконечный, невероятно могущественный в своем мнимом спокойствии. Я уже не могла сидеть на месте, внутри все горело и пылало от желания скорее исследовать местность, каждый закоулок, каждую площадь и так же, как и остальные, стать маленькой частичкой этого неповторимого мира.

В своих мечтаниях я даже не заметила, как такси остановилось.

— Ми прыехали. — Темнокожий таксист обернулся ко мне и протянул руку для получения оплаты, не оставляя сомнений в том, что пункт назначения таки был нами достигнут. Я в замешательстве уставилась из окна на высокую стену, рядом с которой мы припарковались, и никак не могла понять, как это мог быть тот самый адрес. Здесь даже дома жилого нет.

— Это, должно быть, какая–то ошибка. Я же дала вам адрес.

— Ньет. Никакой ошибки. По этому адрьесу я не поеду. Могу только здесь.

— Что? Как это так? Я же плачу вам за то, чтобы вы доставили меня именно по этому адресу, а не высадили черти где. — Я возмутилась и нервно оглянулась по сторонам. Дорога, одна высокая стена, и еще одна, чуть пониже, напротив. — Где мы, хотя бы?

— Вам нужьно пройти сквозь ту арку, и вы окажетесь в «Ла Перла», там искать этот адрес. — начавший меня бесить водитель, показательно ткнул пальцем в бумажку с адресом и протянул ее мне.

— Но как? Я же не знаю там ничего! — проигнорировала его жест. — Как я его найду, да еще и с чемоданом? Ну пожалуйста, ну водитель, миленький! — я перешла на умоляющий тон, поскольку искать по такой жаре Эльвиру было просто ужасающе. — Я доплачу! Тридцать долларов, хотите? — я быстро достала из сумки кошелек, подтверждая свои слова и доставая оттуда тридцатку. — Или сорок? — добавила, видя, что тот отрицательно качает головой. Ну не буду же я платить целых пятьдесят баксов только за то, чтобы этот гад въехал в эти чертовы ворота! С таким успехом, я могла бы нанять лимузин, а не эту развалюху! Видя, что водитель непробиваем, я со злостью всунула в протянутую ладонь ровно двадцать один доллар, и вылезла из машины, с грохотом захлопнув дверь. Никаких чаевых, козел!

Ну и как мне теперь, подскажите, искать Эльвиру? Покосилась на прямоугольный проем в стене, который был так возвышенно назван аркой, и помолилась только о том, чтобы там внутри знали английский. Мне вручили чемодан и поспешили усесться в машину, и с визгом укатить восвояси. Странный он все–таки. Даже очень.

Вытащив ручку чемодана, я покатила его ко входу в «Ла Перла».

Эля много мне рассказывала об этом месте, и я не раз листала сайты интернета в поисках фотографий данной местности. Она всегда завораживала меня своей суверенностью. Находясь в таком богатом процветающем городе, жители Ла Перлы стремились сохранить свое маленькое государство, не обращая внимания на то, как бедно живут сами. Эля с упоением рассказывала, что трущобы «Ла Перлы» на окраине Сан–Хуана образовались изначально благодаря мясникам, которые устанавливали здесь бойни, а потом продавали мясо жителям. Так сюда постепенно сходились те, кто называется сейчас отбросами общества, за неимением денег и работы, и находили ее здесь. Я слышала также, что в этих местностях процветает южноамериканская мафия, и она же переправляет отсюда наркотики. В правдивости этого я уверена не была, так как всегда была далека от данной темы, и ни мои друзья, ни даже знакомые ими не баловались. Непривычно для нашего времени, но так оно и есть. Мне мое здоровье и здравомыслие намного дороже временного кайфа.

В общем, несмотря на все это, я решилась приехать сюда. Где же еще, как не здесь, на окраине цивилизации, попробовать свою самостоятельность. Перейдя так называемые ворота, я увидела недалеко от них несколько парней. Они сидели на ступенях какого–то разваленного здания, громко смеясь, и курили, по очереди передавая сигарету друг другу. Все три темнокожие, с желтыми зубами, и без футболок. Доверия, если честно, не вызывали, но выхода не было. Ни одной живой души больше поблизости не наблюдалось. Поборов страх, я решительно подкатила к ним свой чемодан и прокашлялась. Парни замолчали и лениво повернули ко мне свои головы.

— Извините, вы не подскажите, как мне пройти на… — я подсмотрела в листок, который держала в руке. — Калле Августин О Апонте?

Они вдруг мерзко оскалили зубы, и взгляды с безразличных изменились на заинтересованные, а у одного даже на похабный. Он нагло вперил глаза в ложбинку на моей груди, по которой каплей стекал пот. Я поспешила прикрыться хотя бы ладонью, так как ворот блузки этого не предусматривал, но, судя по всему, эти особи мужского пола уже что–то для себя решили. Когда один из них оттолкнулся от ступеней и сделал шаг в мою сторону, я инстинктивно отступила назад. В горле застрял ком от охватившего страха. Вокруг никого, а их слишком много, чтобы я могла убежать хотя бы на соседнюю улицу в поисках помощи.