— Джек, откуда ты…

— Эдди сказал мне, где тебя искать.

— Но я уже собиралась идти домой.

— Садись в машину сейчас же.

Она тут же замолчала и послушно скользнула на пассажирское сиденье.

Ее отчим уже садился за руль, но вдруг встретился взглядом с Ноем.

— Она не гуляет с парнями, — сказал он. — Ты должен знать об этом.

— Она зашла на минутку, — злобно ответил Ной. — Что в этом такого?

— Ничего такого, парень, просто моя дочь — это запретная зона. — Рейд забрался в кабину и хлопнул дверцей.

— Да она тебе даже не дочь! — закричал Ной; он знал, что его не услышат за ревом надрывающегося мотора.

Когда пикап сделал круг, выруливая со двора, Ной в последний раз увидел профиль Амелии в пассажирском окне и ее испуганный взгляд, устремленный в лобовое стекло.

Первые снежинки, кружась между голыми ветвями деревьев, припорошили место раскопок. Люси Оверлок посмотрела на небо и сказала:

— Этот снег, надеюсь, не надолго? Он должен прекратиться, иначе он нам все испортит.

— Да он уже тает, — обнадежил ее Линкольн.

Ему, столько лет прожившему в лесах, достаточно было втянуть ноздрями воздух, чтобы угадать, что снег скоро кончится. Эти хлопья были всего лишь осторожным шепотом, предупреждением о том, что зима не за горами. Снег ему не досаждал; Линкольн спокойно воспринимал все неудобства, связанные со снегопадами, когда приходилось и дорогу лопатой чистить, и машину откапывать из-под завалов, и ночи коротать без электричества из-за обрыва проводов. Вот только темноту он не любил. А зимой слишком рано темнело. Дневной свет уже угасал, и деревья черными косыми полосами выделялись на фоне неба.

— На сегодня, пожалуй, хватит, — решила Люси. — Упакуем тут все и будем надеяться, что до завтра сугробы вырасти не успеют.

Теперь, когда кости уже не представляли интереса для полиции, Люси и ее помощники из числа студентов-дипломников приняли на себя ответственность за сохранность раскопок. Двое студентов затянули рабочую зону брезентом, закрепив его колышками. Тщетная предосторожность — какой-нибудь лесной мародер, например енот, мог одним махом сорвать брезент.

— Когда вы здесь закончите? — спросил Линкольн.

— Мне бы хотелось провести здесь несколько недель, — ответила Люси. — Но, раз погода портится, придется поторопиться. Первые серьезные заморозки — и придется ждать следующего сезона.

За деревьями промелькнули огни фар. Линкольн увидел, что во двор Рейчел Соркин заезжает еще одна машина.

Он поспешил через лес к дому. За последние несколько дней лужайка перед домом Рейчел превратилась в автостоянку. Рядом с автомобилем Линкольна примостились джип Люси Оверлок и старенькая «Хонда», по-видимому, принадлежавшая какому-то студенту.

А чуть дальше, прямо поддеревьями, припарковался еще один автомобиль — темно-синий «Вольво». Узнав его, Келли приблизился со стороны водительской дверцы.

Стекло немного опустилось.

— Линкольн, — приветствовал его женский голос.

— Добрый вечер, судья Китинг.

— Есть время поговорить?

Линкольн услышал, как щелкнул автоматический замок на дверях. Он обошел автомобиль и сел на пассажирское сиденье. Некоторое время их окружала тишина.

— Что-нибудь еще обнаружили? — поинтересовалась она.

Судья смотрела прямо перед собой, словно выглядывая что-то среди деревьев. В темном салоне автомобиля ее морщин почти не было видно, и она выглядела куда моложе своих шестидесяти шести лет. Моложе и мягче.

— Там было всего два скелета, — сказал Линкольн.

— Оба детские?

— Да. Доктор Оверлок считает, что возраст примерно девять-десять лет.

— Смерть не естественная?

— Нет. Обе смерти насильственные.

Последовала долгая пауза.

— И когда это случилось?

— Это не так-то легко определить. Придется поработать с теми предметами, которые нашли вместе с останками. Они откопали несколько пуговиц, ручку гроба. Доктор Оверлок полагает, что, возможно, это часть семейного кладбища.

Она задумчиво молчала. Следующий вопрос прозвучал тихо и осторожно:

— Выходит, останки совсем старые?

— Им примерно сто лет.

Она глубоко вздохнула. Возможно, Линкольну это только почудилось, но ее поза больше не казалась напряженной. Она как будто испытала облегчение, и ее голова откинулась на подголовник.

— Сто лет, — повторила она. — Тогда не стоит и волноваться. Это не…

— Нет. Это другая история.

Судья по-прежнему смотрела прямо перед собой.

— И все-таки странное совпадение, верно? На том же берегу озера… — Она замолчала. — Интересно, не осенью ли это случилось?