– Вот почему я не люблю связываться с японской мафией, - хрипло пробормотал молодой человек, оглядывая свою давнюю знакомую, с которой они разминулись в Японии год назад, – якудза всегда на шаг впереди, да, Нами Римото?

– Ты прекрасно знаешь, что я больше не с ними, Химчан, - прищурилась она, обернувшись на него и вернув лицо в серединное положение между мной и ним. Чтобы было легче наблюдать за обоими. – И зовут меня теперь иначе.

– И ты больше не блондинка. Я заметил, – миролюбивым тоном и общими воспоминаниями успокаивал её бывший коллега, но она не поддавалась, не меняя агрессивной стойки. – Убери нож, я пришел поговорить.

– С пистолетом? – повела она бровью.

– Это для защиты. Я тоже завязал.

– Вы прям клуб анонимных алкоголиков, – подала я голос. Они оба посмотрели на меня, как на ребенка, и вернулись к своему, взрослому разговору.

– Тоже? Так-то я и поверила, – Нами пытливо изучала то его, то меня. – Я слышала, что происходит в городе.

– Я тоже слышал, – сделал Химчан ударение на глаголе, мол, только слышал и ничего более, – и я, признаться честно, думал, что это ты.

– Я? – девушка саркастично покривилась. – Что за шутки? Зачем мне это нужно? Я не копирую чужие стили.

– Тогда почему ты была на стрёме, когда я появился, если больше ни во что не втянута? – парень воззрился в упор.

– А ты расслабился, завязав? – парировала она. Химчан поджал губы, согласившись с ней и ещё раз подтверждая свои слова, сказанные мне буквально только что о том, что бывший убийца – всегда убийца. – Я установила датчик на взлом домофона и ты, похоже, воспользовался именно своей гениальной смекалкой, чтобы проникнуть в подъезд, вместо того, чтобы прикинуться какой-нибудь почтой. – Я победно посмотрела на своего Крутого мужика. Он лоханулся, в отличие от меня. – Я выглянула в окно и увидела постороннюю машину. Она не с нашего двора. А в ней сидят два парня. – Мои плечи виновато опустились. Ладно, я тоже лоханулась. Не знаю, на чём примчал сюда Хим, но явно зашифровался с транспортом лучше. – Логично с моей стороны было проверить, купится ли кто-нибудь на приманку.

– Отпусти её, – Химчан указал на меня. – Она случайно здесь оказалась, она не связана с криминалом. Никак.

– Не правда, я проститутка, – уточнила я, не желая рассоединять свою участь с участью человека, в которого была влюблена, – это же считается?

– Ты ходишь на дело со своей шлюшкой? – удивленно округлила глаза Нами.

– Да не шёл я ни на какое дело! – настойчиво уточнил Химчан. – Послушай, если не хочешь говорить, то выслушай, а потом скажи мне, нахожусь ли я ещё под твоим подозрением.

Когда Химчан, под угрозой ножа, выложил всё, что творилось в последнее время в его жизни, Нами смотрела на нас немного иначе, хотя пыталась этого не показывать. Её руки твердо держали позиции, но что-то в них выдавало готовность опуститься.

– Как я могу тебе поверить? Все знают, что Красная маска – это самый большой мистификатор на свете. Когда ты приехал в Японию и занял моё место, потому что я хотела навсегда покончить со своей кровавой профессией, ты очень подробно изложил главе клана все свои прошлые осуществленные преступления, чтобы доказать, что способен выполнять эту работу. И я помню, как ты умеешь вводить в заблуждение, сводить с ума и уничтожать так, что человек самоуничтожается, будто его никто и не трогал.

– Нами, я сделал вас хранителями своей тайны! Взамен я обещал верное и честное служение, правдивость во всём и то, что никогда не применю свой интеллект против вас. Я никогда в жизни не нарушал клятв, – Химчан пронзительно смотрел на неё. Я бы уже растаяла, поверила и отпустила его, но девушка была из другого материала, она не сдавалась.

– Но ты можешь сделать исключение, так как клан отпустил меня и практически я к нему уже не отношусь. Значит, меня обманывать можно, – заметила она лазейку в доводах Красной маски. Как же его все боялись! Как же никто не был готов увидеть в нем доброго и искреннего человека! Неужели мы с Херин единственные на свете, кто не видит в нем ничего, кроме бедного, одинокого, умного, но запутавшегося мужчины? Скорее он стал обманывать себя сам, чем обманывать других, именно поэтому терпит промахи и становится слабым.

– Отведи от неё пистолет, – ещё раз попросил Химчан за меня и отбросил из руки свой, – вот, теперь ты видишь, что я пришел без зла и готов на любые уступки ради диалога?

Девушка ещё раз всё взвесила и, выдохнув, отвела от меня прицел. Я стояла на достаточном от неё расстоянии, чтобы не представлять собой опасность. Надеюсь, что вид мой тоже выдавал мою простоту в вопросах нападения. Я не могла излучать угрозу. Химчан, увидев, что теперь мне не угрожает смерть в течение секунды, устало цокнул языком и, резко дернувшись, в мгновение ока вывернул Нами руку с ножом, заставив ту опуститься на колени от боли. Продолжая придерживать её, он вырвал оружие из её рук и отопнул его ногой.

– Лжец! – крикнула жена Шина.

– Ничего подобного, – молодой человек поднял её и прижал к стенке, туда, где только что стоял сам, – я не собираюсь причинять тебе вред. Я сделал это, чтобы ты не наделала глупостей, убив безвинных людей. Мне нужна информация, Нами! Даже если ты скажешь, что это ты убиваешь тех типов, что были умерщвлены за последний месяц, я не причиню тебе зла, только скажи, как всё обстоит на самом деле!

– Я не знаю! – крикнула она, придерживая его руки и переживая, как бы он ни придушил её. Я уверена, что он этого не сделает, но она явно знала другого Химчана, а не моего, который исключительно няшная версия. – Я не убивала никого вот уже год! Разве я когда-нибудь заставляла усомниться в своей честности? В отличие от тебя, я всегда только убивала. Быстро, чисто, незаметно. У меня нет склонности разрушать людям мозг, ты знаешь это!