Риис встал, увлекая за собой Джиоти. С обнажённым торсом, в вельветовых штанах и поношенных сапогах, он стоял, точно как Котяра, но полностью в образе человека, и казался куда более уязвимым.

— Пойдём за твоим братом.

— Погоди! — Кавал с усилием встал, ухватившись за Рииса. — У тебя нет Чарма.

— И Чарм не может причинить мне вреда. — Риис поддержал шатающегося чародея и мягко проговорил: — Я помню все, чему ты меня учил, Кавал. И я знаю, где я. На Ирте я человек другой породы.

Кавал поспешил охладить его:

— И всё же ты уязвим для физического нападения. Если не будешь осторожен, можешь стать мертвецом. Риис высвободился из сжатых пальцев старика.

— Я не дурак.

Кавал вздрогнул от холодного дуновения зловещего предчувствия, пронизавшего его до костей.

— Во Дворце Мерзостей есть и ужасы и кроме змее демонов.

Джиоти вскинула оружие.

— От этих ужасов отобьёмся моим ружьём.

— Врэта защищает Ралли-Фадж. — Кавал нервно теребил бороду. — Он — беспощадный колдун и очень сильный. Я должен идти с вами.

— Нет, — решительно сказал Риис. — Мы вместе должны починить то, что вместе сломали. Я прекращу этот разгром Ирта. А ты закроешь Дверь в Воздухе. Да, я помню, как проходил в этот портал, — и точно помню, что не закрыл его за собой. Ты думал, что не рассказал мне об этой двери, но я все равно знал. Я был более внимательным учеником, чем тебе казалось, Кавал. Я знал, что дверь должна быть закрыта. Но я слишком быстро в неё упал. И теперь ты должен пойти и сделать то, чего не сделал я. Иди, чтобы этот ужас никогда не повторился.

— У меня нет силы подняться на Лестницу Ветра, — вяло сознался чародей.

— Найди в себе силу, Кавал, — потребовал Риис. — Пойди в Сестричество, если надо, и пусть они тебе помогут. Только ты и я можем найти эту дверь в пустоте. Один из нас должен пойти и закрыть её, чтобы не было больше змеедемонов.

Кавал поднял руки, цепляясь за компромисс:

— После Врэта мы отправимся туда вместе.

— Нет, старик. — Суровые складки на молодом лице Рииса выступили твёрже. — Я не буду более подчиняться твоим командам. После Лары — нет. Я поднялся сюда, чтобы все исправить. На этот раз ты будешь повиноваться мне.

Кавал слабо заморгал. Он знал, что юный волшебник с Тёмного Берега прав. Три слепых бога ему уже это объяснили. В том приступе безумного раскаяния в содеянном он сделал, он увидел наконец неизбежность Справедливости.

Случай, который принёс его в мир Рииса и Лары, Смерть, которая освободила его, — всё это должно быть теперь уравновешено Справедливостью. А для него это значит — принять все последствия своего посещения Тёмного Берега.

— Это и к лучшему, — произнёс Риис, радуясь согласию, которое прочёл в глазах бывшего наставника. — Подумай. Если ты не справишься, я поднимусь по Лестнице Ветра и сам закрою дверь. А если ты сможешь, а у меня не получится убить Врэта, то хотя бы дверь будет закрыта, и Худр'Вра не сможет призвать к себе новых монстров. В своё время объединённые доминионы свергнут его и истребят последних змеедемонов.

Кавал стоял бледный, недвижимый, почти невидимый среди пыльных лучей серого штормового света.

— А если не получится у нас обоих? Риис печально улыбнулся:

— Тогда мы полной мерой заплатим кровавый долг за Лару.

Джиоти уже взобралась на сломанную стену, огораживающую развалины, и Риис устремился за ней, ни разу не оглянувшись. Он не испытывал сострадания к Кавалу, так жестоко изъеденному временем. Он только надеялся, что старый чародей всё же найдёт способ закрыть дверь.

Без чармового тела карабкаться было тяжело. Риис с трудом влез по груде камней на высокий карниз, где ждала его Джиоти. Оскользаясь на разбитых камнях, он с тоской вспоминал свои кошачьи рефлексы.

Джиоти протянула ему руку, он с радостью за неё ухватился. Она вытащила его наверх, и они вместе встали на разрушенном парапете, откуда открывался вид на Нхэт.

Перед ними до самого горизонта, где нависал Дворец Мерзостей, тянулись туманные джунгли. Пирамида с мясистыми картушами и скрытыми камерами страданий бросала безмолвный вызов их решимости. И никакие слова не могли наполнить это безмолвие. Только дела.

Сцепив руки, они пошли искать путь сквозь развалины к будущему, недоступному памяти.

Худр'Вра пировал во Дворце Мерзостей. Гипнотическая музыка заполняла просторное святилище и стаи змеедемонов парили величественными кругами, развевая щупальца, свиваясь змеиными телами, сплетаясь в чудовищные косы и скользкие цепи.

Властелин Тьмы сидел на ониксовом троне в величественной колоннаде святилища. Отсюда открывался роскошный вид на Рифовые Острова, где он родился, на приливные мели, поработившие его, на Поезд Боли, поработивший его врагов.