Распахнув дверь, Ольга остановилась, решив проводить гостя восвояси.

Однако Георгий имел совершенно другие планы. Он спокойно и уверенно приблизился к хозяйке, улыбнувшись, взял из ее руки фужер с вином, вручив той прелестный букет чайных роз. Нагнувшись, демонстративно повел носом вдоль скулы и только потом чувственно приложился горячими губами к ее щечке. Тут же отстранился, прикрыл дверь и с улыбкой попробовал вино из тонконогого фужера.

Ольге оставалось только следить за манипуляциями наглеца, которые, как ни странно, действовали на нее обжигающе. Обычно мужчины в ее окружении, ведомые менталитетом, уважающим чужое пространство, так легко не входили в бережно охраняемый ближний круг. А тут.. Ольга подумала, что впервые за долгое время находит забавным и легким то, что происходит с ней и решила поддержать необременяющую игру.

– Какие у нас сегодня планы?

– Выставка скульптура?
– вопросительно изогнул бровь юноша, уже зная ответ.

– Нет, сегодня нет на это настроения.

– Тогда мы едем ужинать в то место, где подается самое вкусное вино.

Ольга с сожалением проводила взглядом в одно мгновение исчезнувшее вино. Георгий опрокинул в себя содержимое фужера, поморщился и обезоруживающе улыбнулся. Ольге ничего не оставалось делать, как идти наводить марафет.

Ужин прошел замечательно, если не сказать больше. Георгий оказался умным и тактичным собеседником, заинтересованным, кстати, в Ольгиной идее обьединения бывших партнеров Дроздова. Что за этим желанием таится, он тоже понял сразу, но не акцентировал на этом внимания. Немного рассказал о своей фирме, промолчав о том, что непосредственно совладельцем является сын Ольги, чтобы та не провела параллель между ними и не решила вдруг, что он не должен быть воспринят как настоящий мужчина и не оказался на поле вьюношей, мечтающих о крохах внимания настоящей королевы.

Ольга же наслаждалась легким флиртом, чувствуя себя живой и не обремененной условностями, она заразительно смеялась и распространяла вокруг себя ауру весенней красоты, переходящей в лето.

Как истинный кавалер, Георгий проводил Ольгу, действительно впечатленной поданным в дорогом ресторане вином до дверей квартиры, и не задумываясь, повинуясь инстинкту, поцеловал ее в полураскрытые для прощальной речи губы. Ольга затрепетала под напором и неожиданно для себя поддержала поцелуй.

Георгий, распаленный еще с утра, целый день пребывавший в думах о красавице, решил не терять ни минуты. Он распахнул дверь и втянул Ольгу в темноту квартиры. И если у нее оставались еще сомнения, что вечер закончится одиночеством в постели, яркий, сминающий волю, жадный поцелуй Георгия не оставил на это ни единого шанса. И Ольга решила сдаться на милость победителя, показав при этом, что здесь она - не пленница страстей, а награда победителю рыцарского турнира.

Ее язык распалил в мужчине нешуточный пожар, и он готов был взять ее прямо здесь, в укрытой сумерками прихожей, но отголосок здравого смысла все же пробился сквозь клубящуюся красным знаменем похоть.

Приподняв ее за попку вверх, не переставая покрывать поцелуями доступные места, он пронес ее в спальню и резко опустился вместе со своей огненной ношей на королевских размеров кровать. Не давая ни секунды на раздумья, приподнял платье, стянул тонкие трусики, оставив висеть кусочек ткани на шпильке, впился губами в пульсирующую оголенную плоть.

Помогая длинными опытными пальцами горячему языку, Георгий рисовал только ему понятные знаки, которые отзывались мистическим огнем во всем теле звенящей от напряжения женщине. Он брал ее и наказывал, подводил к краю, с которого собирался прыгнуть вдвоем и несколько раз отступал и возвращался, чтобы заставить содрогаться Ольгу в пароксизме оргазма.

Только она начала извиваться, резко выдыхая, закрыв себе рот ладонью, он резким движением вошел в нее, вколачивая в мягкий матрас, распаляясь в процессе все больше и больше.

Не давая опомниться, быстро перевернул ее на живот, приподняв попку выше и опустив рукой голову потерявшейся в пространстве партнерши в подушки. Ритмичные движения стали ярче отдаваться в телах, перед глазами все быстрее замелькала призывно белеющая в темноте спальни филейная часть тела красотки, и Георгий с рыком излился радостью обладания той на спину.

Ольга рухнула в обьятия кровати и рассмеялась. Георгий в прихожей успел стянуть только пиджак, Ольга путалась в задранном платье, и все, что длилось, казалось, около часа, заняло лишь несколько мгновений. Ольга решила опустить одежду, но мужчина, приблизившийся за поцелуем, привлек ее к себе чтобы избавить от ставшего ненужным. Освободив от брони шелка, сам он медленно расстегнул рубашку и, стянув брюки, живописно бросил одежду валяться на полу. Закончив нехитрое дело, он с игривым рыком снова набросился на свою уже хохочущую жертву, чтобы уже кожа к коже ощутить в замедленном режиме то, что только что свершилось между мужчиной и женщиной.