Она сморгнула воспоминания, Аэрилин сжала ее плечи. Ее легкие сжались, словно от кошмара. Она все еще не была уверена, была ли в реальности, или в мире снов.

— Не трогай меня, — рявкнула она, стряхнув Аэрилин.

— Ты падала! Ты чуть не рухнула. Если бы я не схватила…

— Не трогай меня.

Элена процедила слова, стараясь, чтобы они ранили. И без того было страшно. Ей не нужно было, чтобы Аэрилин приставала к ней всю дорогу до замка. Ей нужно было отвлечься, и вкус крови вернет ей равновесие.

Их все еще было мало. Агенты графини справятся, если их станет еще меньше.

Смельчак фыркнул, когда она остановила его.

— Хорошо, думаю, мы далеко прошли сегодня.

Аэрилин вскинула брови.

— Да? Но лишь начался вечер.

— Ты жаловалась, что едешь в седле. Теперь не нужно жаловаться, — Элена слезла и протянула руки. — Двигайся, леди торговка.

Аэрилин нахмурилась.

— Ты не хотела, чтобы я тебя трогала.

Элена сжала поводья Смельчака.

— Можешь слезать сама или упасть с седла. Решать тебе.

Аэрилин свесила ноги и спрыгнула с другой стороны, но сперва пронзила Элену ледяным взглядом. Та едва замечала. Взгляд Аэрилин был не таким сильным, как у ее матери.

— Ладно, если мы остановились, я хочу поохотиться. Надоело грызть хлеб.

Элена пожала плечами, отводя взгляд.

— Все равно, леди торговка.

— Хватит меня так называть.

— Хватит вести себя так, словно мелкое неудобство разрушит твой идеальный мир.

Аэрилин развернулась и завопила:

— Ты мне никогда не нравилась, Элена…

— Я потрясена.

— …но я любила тебя за Джейка. Я была готова игнорировать, какая ты ужасная, потому что он был счастлив. Но ты разбила его сердце и прогнала, так что ты сама себя ужасно ведешь, — она схватила свой лук и погрозила им Элене. — Я ходила по этим дорогам с детства. Я знаю путь в замок. Мне не нужна твоя помощь, как и не нужны твои лезвия.

Элена бросила седло на землю — она так себе говорила. На самом деле, ее руки онемели, и она выронила его.

— Так зачем ты звала меня с собой, если я так ужасна?

— Я просила, потому что думала… надеялась, что заставлю тебя передумать насчет Джейка, — губы Аэрилин дрожали, но подбородок был упрямо выпячен. — Я знаю неуверенность любви. Я не была сначала уверена в Лисандре. Но дорогой друг открыл мне правду, показал мне хорошую сторону пирата, и я поняла, что глупо воротила от него нос. Теперь это очевидно, но тогда я не была уверена. Если бы друг не подтолкнул меня, не знаю, смогла бы я это увидеть когда-нибудь, — она опустила лук, но не голову. — Я надеялась быть тебе таким другом, Элена. Но теперь я передумала, и я не хочу, чтобы ты видела добро в Джейке. Я не хочу, чтобы ты считала себя достойной его.

Она пошла прочь, но Элена кое-что придумала.

— Аэрилин, стой.

— Что?

— Если хочешь охотиться, — она протянула поводья, — почему не сделать полезное дело и не найти Смельчаку воды?

Она забрала поводья и ушла. Она увела коня в чащу, и Элена услышала, как она ворчит Смельчаку о недостатках его хозяйки.

Они ушли, Элена была готова. Ее пальцы коснулись ремешка на груди с метательными кинжалами, все семь рукоятей на месте. Хрупкий и Тень были на ее руках. Их рукояти успокоили ее нервы и отогнали онемение. Тело ожило, разум набрался сил.

Закрыв глаза, она слышала их лучше: шаги шли в ее сторону. Они двигались перебежками, стараясь не задеть листья и ветки. Но тишина их выдала.

Элена ощущала давление их взглядов на груди, спине и у вены на горле. Они словно уже атаковали ее. Но, хоть они окружили поляну, ее сердце билось спокойно.

— Ладно, господа, — сказала она деревьям. — Покончим с этим.

Дочь торговца

Настроение Аэрилин не улучшилось.

Она сорвалась. После дней с ворчащей Эленой и ее едкими замечаниями она не выдержала, увела Смельчака в лес, и слова полились сами.

— Не верю ей! Никто не может быть такой жуткой… ведьма покраснела бы от ее слов. Не понимаю, что Джейк вообще в ней нашел.

Смельчак смотрел на нее большими карими глазами.

Аэрилин нахмурилась.

— Ты довольно умный для коня. Что ты в ней нашел? — спросила она, ведя его к ручью. — Что она мне не говорит?