— Должен, — спокойно отозвался Страж. — Стреляет действительно хорошо, не стыдно и к Сторожам пристроить, но это уже не моя головная боль. Мечом владеет средненько, но учится быстро. Плюс вынослив, молод и ловок. Думаю, нам подойдет.

Белик внимательно посмотрел на напрягшегося парня, оценивающе пробежался по сильной, хорошо развитой фигуре, ненадолго задумался и наконец кивнул:

— Тогда пусть идет, раз сам напросился, но с одним условием.

— Я согласен, — поспешно кивнул Литур, и воины поморщились: ну что за дурень? Еще не знает, что к чему, а уже готов в петлю лезть. Разве это дело? Что с того, что старого приятеля неожиданно встретил? За годы люди, бывает, меняются так, что из праведников превращаются в подлецов и обратно. Не говоря уж о том, что предают, продают и убивают бывших знакомцев почем зря.

Мальчишка странно хмыкнул.

— Молодец, что согласен, но дурак, что так доверяешь: причин для этого пока нет ни одной. Условие же у меня такое: без разрешения ты и шагу в сторону не сделаешь, понял? Если я скажу падать, ты упадешь — сразу и без вопросов. Велю молчать, и от тебя не должно быть ни звука. А если потребую отдать меч, встать на колени и закрыть глаза руками — повинуешься беспрекословно. Что скажешь?

— Согласен, — твердо повторил Литур, и Белик улыбнулся гораздо мягче.

— Спасибо, — тихо сказал пацан, но почти сразу встряхнулся и, отвернувшись от неловко мнущегося парня, внезапно посуровел. — Дядько, он твой. Так, времени мало. Кому надо в кусты — давайте бегом, кто голоден — терпите до полудня, остальные — вперед, и желательно молча. Нам нельзя пропустить Траш, а вы так громко дышите и временами сильно пахнете, что я боюсь ее не почуять. Все, двинулись. Направление — северо-запад. И постарайтесь не отстать.

Урантар молча кивнул и, подобрав с земли увесистый мешок, легко вскинул на плечо. Люди скептически переглянулись: а не много ли воли дается дерзкому сопляку? Эльфы скривились, но, на удивление, не стали возмущаться. Литур просто кивнул. Таррэн, чуя, что происходит что-то странное, мудро промолчал. Белик же хищно сверкнул глазами и, перехватив поудобнее свой необычный талисман, направился прочь.

— Как у нас все серьезно… — не удержался от шпильки Весельчак.

— Не до шуток, рыжий! — холодно отрезал мальчишка, на мгновение обернувшись, и так посмотрел, что у лиса разом пропало всякое желание насмехаться: такого лица у Белика он еще не видел — властного, жесткого, невероятно сосредоточенного, как перед сложной, трудной и опасной работой. Но что поразило его больше всего — это глаза: когда-то искристые и веселые, сейчас они были холодны как лед и казались бесстрастными, сухими, почти мертвыми.

— Чего замер? — неприятно усмехнулся пацан. — Думаешь, мне нравилось две недели изображать перед вами сопливого дурачка и каждый день развлекать весь караван? Конечно, порой это казалось забавным, но теперь веселье кончилось, рыжий. Я наконец могу перестать дурить вам головы, а тебе с завтрашнего дня смеяться расхочется окончательно, обещаю. Поэтому привыкай к переменам и, будь так добр, держи язык за зубами: у меня больше нет настроения шутить. А чтобы ты в этом не сомневался…

Белик бесплотной тенью шагнул за разлапистую ель, умудрившись не потревожить иголок, и мгновенно растворился среди древесных стволов, заставив перворожденных изумленно вскинуть брови, а остальных — уважительно присвистнуть: это было быстро. Но теперь наконец становилось понятно, каким образом этот хитрый проныра умудрялся регулярно исчезать из тщательно охраняемого лагеря и всю дорогу успешно избегал настойчивого внимания раздраженных эльфов.

— Ловко! — невольно восхитился Весельчак, всматриваясь в непроницаемую зеленую стену и стараясь угадать, где укрылся ловкий мальчишка. — Урантар, твоя школа?

— Его, да не только, — насмешливо хмыкнул знакомый голос прямо за спиной, и кто-то снисходительно похлопал лиса по плечу.

Рыжий взвился как ужаленный и в панике обернулся, но почти сразу тихо охнул, потому что Белик каким-то невероятным образом уже успел обогнуть поляну по кругу и сейчас стоял всего в шаге от него, только с другой стороны. Многозначительно сложил руки на груди и терпеливо ожидал, пока до тугодума наконец-то дойдет.

У опытных ветеранов вырвался невольный вздох:

— Белик…

— Все, не до разговоров, — жестко оборвал пацан, даже не улыбнувшись. — Литур, ты помнишь, о чем я тебя просил? Держись ближе к Дядько и ни при каких условиях не отходи дальше, чем на три шага. О тебе Траш не предупреждали, поэтому она может неправильно воспринять новое лицо. Касательно остальных мое пожелание тоже остается в силе, особенно относительно… некоторых.

Таррэн, ощутив на себе неприязненный взгляд, хмуро кивнул:

— Надеюсь, твоя Траш стоит таких предосторожностей?

— Поверь, она стоит даже того, чтобы вы сейчас же повернули обратно, но такой вариант как-то не предусматривается, поэтому терпите и постарайтесь не хвататься за оружие, когда ее увидите. Еще лучше — отдайте луки и держитесь между людьми.

Светлые не выдержали: негромко фыркнули, явно не собираясь делать ни того ни другого. На что Белик, который, видно, ждал чего-то в этом роде, вдруг сверкнул глазами и нехорошо улыбнулся:

— Как знаете. Я вас предупредил.