– Извините, у вас закурить не будет? – на два голоса осведомились служивые.

Жора мстительно прищурился и не дал. Дал Толик, сказав что-то по поводу тягот службы. Пуская дым, солдатики охотно поддержали разговор о тяготах.

Полицейский лейтенант, не обращая внимания на свое войско, обошел нашу машину кругом. Внимательно осмотрел, склоняя голову то на один, то на другой бок. Бросались в глаза подростковая челка, смешной нос пуговкой и характерный румянец любителя выпить и закусить. Голубые глазки казались маленькими и сонными.

– Участковый инспектор Шестипальцев! – наконец представился он, козырнув, как отмахиваясь от мухи. Помолчал, добавил: – Хорошая у вас машина.

– Не жалуемся, – согласился Жора.

– Участковый? – удивилась Ева.

– Ну да, усиление в районе. Всех выгнали на дороги, даже участковых. А чего, почему – начальство нам не докладывает, – словоохотливо рассказал он. – Времена-то сейчас какие, сами знаете, террорист на исламисте сидит и смертником погоняет. А тут еще в районе новые язычники объявились…

– Это кто такие? – заинтересовался я.

– Ну язычники. Как в древности. Только новые, современные, значится. Устраивают в лесах капища, рубят себе из бревен идолов и им молятся… Из Москвы, значит, едете? – перебил он сам себя.

Мы подтвердили.

– К нам, значит? В Скальск?

– Куда же еще? Здесь, кажется, одно направление – только в Скальск, – сказала Ева.

– Так-так… – Лейтенант, соображая, задумчиво почесал пухлую щеку. – Нет, почему только в Скальск – не только в Скальск… В Лошадиную Падь еще можно.

– А зачем? – отрезала красавица.

– В Лошадиную Падь-то? – снова задумался он. – А действительно, чего там делать? Там живут-то полторы калеки, да и те доживают… Вот Скальск наш – другое дело. Большой город, развивающийся. Населения уже двадцать тысяч. С гаком, – добавил он с ноткой местечкового патриотизма.

– Мегаполис, – хмыкнул Багор.

– Вот и я говорю…

Он опять замолчал, нимало не тяготясь очередной паузой. По всему видно, участковый инспектор не признавал спешки, особенно в служебное время. Он снял фуражку, рукавом вытер вспотевший лоб, снова надел. Вид у фуражки был такой, словно на ней долго и сладко спали, потом наскоро выпрямили.

– Инспектор, мы можем ехать? Или у вас еще вопросы? – первой не выдержала Ева.

– Вопросы? Какие вопросы? – Лейтенант даже удивился, еще больше выкатывая голубые глазки. – Нет у меня никаких вопросов и не было… Едем – вы стоите, а чего стоят? – думаю. Может, думаю, что случилось? Может, авария какая? Чего здесь стоять-то, прямо посреди дороги. Ну и мы тоже остановились…

– Техническая остановка, – быстро объяснил Жора.

– Не понял…

– Мальчики – налево, девочки – направо.

– Ах, техническая… Теперь понял. Мальчики – это, значит, вы. – Инспектор сообразительно глянул на нас. – А девочки…

– Девочки – это я! – подтвердила Ева.

– Нет, ну мало ли… У вас же в столице… У вас там бывает, я видел по телевизору…

Красавица не дала ему снова пуститься в неспешные рассуждения:

– Всего хорошего, господин лейтенант!

– Так и вам всякого, – прозвучало вслед с некоторым запозданием.

– Ну и что вы обо всем этом думаете? А, мальчики? Идеи, версии, предположения? – спросила Ева уже в машине, быстро разгоняясь до прежней экстремальной скорости.

Может, правильно. Ввиду местных партизанских реалий лучше быть быстрой мишенью, чем медленной.

– Солдаты не стреляли, ручаюсь, – откликнулся первым Толик. – Я, когда их сигаретами угощал, стволы у них мало что не облизал – ни запаха, ни нагара. Почистить эти автоматы не помешало бы, но в деле они давно уже не были, тут я уверен.

– А участковый?

– Этот валенок? – скривился Багор.

– Фамилия у него интересная – Шестипальцев, – сказал я.

– Интересная! Чего тут интересного? Самая ментовская фамилия – Шестипальцев. Пять пальцев на виду, шестым незаметно прижимаешь купюру. Я таких ментов в свое время насмотрелся – им только старух-цветочниц по рынку гонять. Нет, это не вариант.

– Вы тоже так думаете, Альберт Петрович? – глянула на меня Ева.

– Думаю, к стрельбе на дороге бравый наряд действительно отношения не имеет, – честно ответил я. – Хотя, сдается мне, у лейтенанта не только фамилия интересная…

– Что же еще? Прямые углы мозговых извилин? – насмешничал Жора.

– Кто все-таки стрелял? И зачем? – спросила Ева, не слушая его.

– Пока не могу сказать, кто, а вот зачем – понятно. Предупреждали, – рассудил я.

Прозвучало не слишком внятно, но я не стал продолжать. Они, между прочим, тоже. Не поинтересовались хотя бы ради приличия – кого и о чем. Так что в Скальск мы въехали молча. Задумчиво.