Результаты телеметрических замеров обнадёживали. В радиусе ста метров в здании отсутствовала какая-либо разумная форма жизни, кроме самого Фэйта. Дальше интегрированный сканер просто не добивал.

Илл бесшумно выскользнул в коридор. Острый запах и вкус адреналина заставили невольно улыбнуться. Он шёл осторожно, замирая при каждом шорохе и подозрительном звуке, которых в безлюдном здании оказалось неожиданно много. Часть невидимой за стенами лабораторий загадочной исследовательской аппаратуры работала в круглосуточном режиме.

Илл целенаправленно продвигался к своей цели, постоянно сверяясь со схемой и вовремя отключая отмеченные на ней датчики слежения. Через несколько минут, он остановился перед нужной дверью, изображение которой мигало на координатной 3D-схеме тревожным красным светом. Прочитал надпись над дверью: Сектор 3, Лаборатория 9.

— Здесь! – еле слышно, выдохнул Фэйт.

Ненадёжные на первый взгляд пластиковые двери не представляли никакого препятствия, манили своей беззащитностью, и словно приглашали войти внутрь. Илл криво усмехнулся. По информации, предоставленной Заказчиком, внутри "апогей" всего преодолённого до этого охранного комплекса безопасности. Сложная система датчиков и сканеров, контролирующая каждый нанометр замкнутого пространства. Сверхчувствительная электроника чутко реагирует на любой, даже самый слабый нейросигнал.

И где-то там внутри, заветная дверь, за которой неприметная комната с необходимыми Заказчику какими-то необычными информационными базами знаний. Настолько необычными, что Заказчик не пожадничал отвалить Фэйту в виде аванса сумму, которую Илл в соответствии со своим обычным графиком работы не заработал бы и за пару лет.

Илл потоптался у двери несколько секунд. Полное отключение системы безопасности может быть воспринято минимум, как выход системы из строя, и следовательно, чрезвычайная ситуация. И в этом случае сюда не то, что вся Служба Безопасности, большая часть армии прибудет. А вот кратковременное отключение небольшого участка, это уже больше похоже на внештатную, но вполне контролируемую ситуацию. Сбои бывают всегда и везде.

Илл воспроизвёл на "наладоннике" необходимый алгоритм и решительно шагнул внутрь. Теперь у него времени ровно минута. Больше нельзя.

Оказавшись в лаборатории заставленной аппаратурой совершенно неизвестного ему назначения, Илл сразу же обратил внимание на стеклянную дверь в конце помещения, светящуюся изнутри. Стараясь ничего не задеть по пути, Фэйт быстро преодолел расстояние до двери и резко распахнул её.

Илл, как и любой другой представитель существующего высокотехнологичного общества, прекрасно знал, как должны выглядеть базы знаний. Но то, что он увидел перед собой, даже отдалённо не напоминало ни одну из них. В большом смятении Фэйт застыл на пороге. Он ещё несколько секунд был не в состоянии пошевелиться, а потом не выдержал. Острые плечи Илла затряслись в беззвучном смехе.

Глава 2

2.

Море сегодня было неспокойным. Оно тяжело ворочалось на всём своём протяжении, переливаясь всеми оттенками свинцово-серого. Над морем висело такое же мрачное небо. Там, куда мог достать взгляд, они сливались в одно целое, сплавляясь в единый монолит, который не сулил слабым и хрупким людям ничего хорошего.

Шквальный ветер выгибал стеклопакеты из армированного пластика, который продолжали называть "стеклом" по устоявшейся традиции, но окна всё ещё держались. Струи дождя немилосердно хлестали по их мутной поверхности.

Наш-Илл Джокер стоял посреди уютной комнаты и обречённо смотрел в зеркало. И в такую-то собачью погоду ему придётся оторваться от дивана и тащиться через весь город на важную встречу. А в том, что она важная не было никаких сомнений. По обоюдной договорённости, Блайс Хоффнер не стал бы беспокоить по пустякам.

Из кухни тянулся соблазнительный запах свежесваренного кофе. Наш-Илл ещё раз взглянул в зеркало. Оттуда на него смотрело выбритое до синевы, продолговатое и худощавое, бледное лицо, с едва заметным, жёлтым оттенком. На голове, пронзительно-чёрные, непокорные волосы. Тонкий нос, с горбинкой. Ничего особенного, обычная внешность. Если бы не одна деталь...

На том месте, где у подавляющего большинства людей обычно находятся глаза, у Наш-Илла имплантированы полуторадюймовые окуляры — тяжёлая память о страшной аварии, в которую он ещё ребёнком попал вместе с родителями, но выжить после этого удалось только ему одному.

Наш-Илл протёр запотевшие стёкла стандартных окуляров, и хмыкнул. Стандартных, на первый взгляд... В невзрачных имплантах-окулярах целый тактический комплекс: вседиапазонный визор и походныймедкомплект. Откуда и почему ему досталось такое "чудо" Наш-Илл опасался даже предполагать. Скорее всего, какая-то армейская выбраковка Минобороны, которое осуществляло патронаж ряда реабелитационных центров, в один из которых он угодил после аварии.

В настоящее время медицинские импланты, такая же обычная вещь, какими раньше были протезы и инвалидные коляски. Но Наш-Илл всё равно старался тщательно маскировать свои, под стильные и своеобразные очки. И самому спокойнее, и "провинциалы" меньше спотыкаются.

Пока чистил зубы после завтрака, решил ещё раз перечитать, не дающее покоя сообщение от Блайса. Прямо перед глазами всплыло стандартное системное окно с текстом. Потыкал в него взглядом, подгоняя степень прозрачности под уровень освещения. Рядом с активными стандартными настройками, серели недоступностью расширенные опции интерфейса, совершенно невосприимчивые для установленного ИНС-Пака. Наш-Илл с сожалением вздохнул. Выпускник сиротского приюта может рассчитывать только на самый дешёвый, а следовательно и самый примитивный из них.