Дверь начинает медленно открываться. Когда она открылась достаточно широко, в образовавшуюся щель просунулась голова Арбагаста Фоссета, который медленно и внятно сказал:

– Наш-Илл, спокойно, свои!

Убедившись, что исполнитель его надёжно идентифицировал, Фоссет открыл дверь и вошёл в квартиру. За ним по пятам скользнули две гибкие девичьи фигурки личных телохранителей. Затянутые в чёрные блестящие комбинезоны, девушки тут же заняли наиболее удобные позиции, перекрывая предполагаемые секторы возможных атак.

Между тем, "парад" союзных вооружённых сил продолжился. Следом за криминальным авторитетом и его личной охраной в гостиную вошли несколько мужчин в одинаковых деловых костюмах, подозрительно похожие на агентов Службы Безопасности. Один из них прошёл к дальнему креслу за спиной Наш-Илла и расположился так, чтобы постоянно оставаться в полумраке. Другие профессионально перекрыли остававшиеся открытыми секторы предполагаемых атак.

– Итак, – начал Арбагаст Фоссет, глядя на Наш-Илла, – вы блестяще справились со своим заданием. И об этом красноречиво свидетельствует то, что все мы сейчас здесь собрались!

Наш-Илл попытался слабо возразить:

– К сожалению, найти Илла Фэйта до сих пор не удалось!

Но Арбагаст Фоссет проигнорировал замечание исполнителя. Вместо этого он повернулся к человеку, всё это время предпочитавшему оставаться незаметным:

– Как видите, я со своей стороны выполнил условия нашего соглашения! Таким образом, всё сложилось для нас наилучшим образом! – Арбагаст Фоссет резко обернулся к Наш-Иллу. – Не так ли, Илл Фэйт?

Наш-Илл на несколько секунд забыл, как надо дышать.

Глава 41

41.

Если хотя бы раз не воспользоваться инстинктом самосохранения, инстинкт размножения уже не понадобится. Незримым грузом, к дивану придавило понимание, больше похожее на откровение — стоит только дёрнуться, или совершить какую-нибудь другую ошибку и в сюжеты новостей Наш-Илл уже никогда не попадёт. Максимум на что он сможет рассчитывать, это "криминальная хроника", раздел "безвозвратных потерь".

Стараясь никого не нервировать, Наш-Илл медленно обвёл взглядом собравшихся. Параллельно, в голове полным ходом идёт мыслительный процесс, пытающийся вогнать все последние события в строгие рамки логики. Но все логические схемы и структуры безжалостно разрушает перманентно возобновляемая мысль: "Я – Илл Фэйт?!"

Молчание затягивается. Наш-Илл чувствует, что в этой комнате неуютно не только ему одному. Наконец, Арбагаст Фоссет не выдерживает:

– Ну, вот, собственно, и всё! Если моё присутствие здесь больше не обязательно, то я пожалуй пойду...

В свою очередь, стараясь никого не нервировать, господин Фоссет медленно двигается к двери. За ним тянутся его девочки-бодигарды. Через несколько секунд все они оказываются в общем коридоре, и закрывают за собой входную дверь. Атмосфера в комнате накаляется. Не хватает совсем немного, чтобы воздух заискрился от напряжения.

Неожиданно из-за спины Наш-Илл слышит голос агента предпочитающего оставаться невидимым:

– Пытаюсь представить, что вы сейчас чувствуете, и чёрт побери, ничего не получается! Оказывается, ИНС-Паку под силу не всё. Ну, что ж, давайте знакомиться! Кто вы, я уже знаю лучше вас. Что касается меня... Зовите меня, агент Харк!

Заинтересовавшись говорившим, Наш-Илл беспокойно заворочался на диване.

– Не оборачивайтесь! — Харк остановил попытку Наш-Илла повернуться. — Пока это ни к чему! Перейдём к главному! Вы оказали Системе заметную услугу, и в виде бонуса, заслужили возможность узнать кое-какую информацию о себе. Догадываюсь, что у вас накопилось немало вопросов. У нас есть немного времени, и я попробую вам ответить на некоторые из них. Спрашивайте!

— Кто я?

– Господин Фоссет не солгал. Вы и Илл Фэйт – один и тот же человек!

— Как такое стало возможно?

– Уникальный научный эксперимент. После печально известной катастрофы, в которой вам посчастливилось выжить, вы находились в таком состоянии, что назвать это счастьем язык не поворачивался. Тело получило настолько серьёзные повреждения, что вас буквально собирали по кусочкам. Мозг при этом пострадал не меньше. Специалисты из НИИ "Разум" предложили свои услуги, с единственным условием. Процесс восстановления должен был осуществляться при помощи разработанных ими препаратов. Однако, эти препараты, на тот момент, ещё не вышли из категории экспериментальных. Для завершения работ над новыми препаратами, не хватало лишь их успешной апробации на подходящем объекте, на роль которого вы подходили, как нельзя лучше. Ваши близкие родственники погибли, других родственников обнаружить не удалось. Вы сами, были в глубокой коме. Подписывать необходимые бумаги было некому, кроме самих специалистов из НИИ. Идеальный вариант!

Харк прервался. Сзади послышались глотающие звуки, издаваемые человеком, смачивающим чем-то подходящим пересохшее горло. Затем раздался звук навинчиваемой на фляжку крышки, и Харк продолжил:

— Итак, вы невольно стали участником эксперимента. Химическая лоботомия. Далее сложный медикаментозный курс восстановления. Обработка мозга нейролептиками — анитипсихотическими психотропными препаратами. Что там было ещё, затрудняюсь сказать, я специалист по другому профилю. Ну, в общем-то, врачам удалось сделать невозможное. Они поставили вам на место мозги, и заставили их работать! Единственный получившийся, по окончании лечебного курса минус, заключался в побочном эффекте. Я говорю о раздвоении вашей личности! Полноценной дихотомии не получилось, зато появились два превосходных психологических двойника с разными целями и задачами. Обе ваши личности спокойно уживались в одном теле, совершенно не подозревая о существовании друг друга!