— Плюс его жена — человек.

— Да, и это… Хотя… — Я задумчиво посмотрел на Серёгу. — Это со слов Жени. Может быть он ей наврал на счет жены. Решил припугнуть, чтобы она легче на аборт согласилась.

— Ты же говорил, что она не рассказывала ничего тебе.

— Мне не рассказывала, другим рассказывала. Со мной этой информацией сестра поделилась, и то узнала её от третьего лица. Поэтому погрешности «тряпочного телефона» тоже надо учитывать.

— Получается, инфы у нас по сути крайне мало… Думаю, нужно начать с поиска фирм, в которых шесть месяцев назад уволилась девушка Евгения. Как, кстати, её фамилия?

— Она вроде говорила пять месяцев назад, а не шесть… Евгения Леднева.

— Слушай, так ведь ей нужно будет свидетельство о рождении на ребенка получать. Ты бы мог подсуетиться, помочь ей в этом деле, заодно поглядишь, какое отчество она туда впишет. — «Блеснул» умом Серёга.

— Самый умный, да? Она даст ему своё отчество — Евгеньевич. Сама мне об этом сообщила. Так что твой план — фуфло. Но! — Я коварно улыбнулся. — У тебя случаем нет знакомых в паспортном столе?

— Зачем тебе? Хочешь под шумок женить её на себе?

— Ну, на счет этого я не думал, но твой вариант мне тоже нравится. Я хочу записать сразу ребенка на себя. Будто я отец. Думаю, смогу уговорить её дать мне необходимые документы и съездить всё оформить. Никто ведь не знает мой это ребенок или нет. Приду, запишу его на себя и всё. А ей сделаю поддельное свидетельство.

— Твой извращенный ум меня пугает. Ты что же, думаешь любой может прийти с улицы и назваться папой? И тебе с полуслова поверят и запишут ребенка на тебя?

— Ну… А как они узнают? Я принесу им её паспорт, ну да, фамилии разные, но ведь не мы первые, кто не состоит в браке, но имеет общих детей.

— Ты давай заканчивай тупить. — Серёга усмехнулся, глядя на меня снисходительно. — В роддоме скорее всего ей выдали какой-либо документ, говорящий что она мама ребенка, и скорее всего там либо записано имя его отца, либо стоит прочерк. С тебя должны потребовать свидетельство о браке, подтверждающее что ты не просто мужик с улицы, решивший украсть ребенка у бедной женщины, или как раз запись тебя в этой роддомовской бумажке. Я без понятия как это происходит на самом деле, но мне кажется, так было бы логично. Нельзя просто прийти и записать чужого ребенка на себя. Возможно, потребуется её личное присутствие, раз у тебя нет свидетельства о браке.

Да, я не подумал, что всё будет так сложно:

— Согласен, не учел этого. Тогда точно нужен знакомый, который это сможет провернуть.

Мы замолчали, обдумывая варианты решения возникшей проблемы.

— Слушай, у жены моего брата вроде была знакомая, работающая в этой сфере… Я точно обещать не буду, но проверю чуть позже.

— Хорошо, — я кивнул, разворачиваясь к компьютеру и входя в рабочую сеть, — давай список подходящих контор составлять…

В целом день прошел плодотворно, не смотря на то, что составить список предполагаемых мест работ Жени оказалось куда сложнее, чем я думал. Ведь сфера деятельности мне была неизвестна. Мы изредка прерывались на рабочие моменты, и Серёга почти весь день проторчал у меня. Уходил я сегодня непривычно рано — в четыре часа я уже был одет и рвался домой, поскорее к Женьке. Конечно, я напрочь забыл про звонки арендаторам, и вспомнил об этом уже в дверях. Нашарив в кармане свернутый листок, полюбовался пару мгновений на ровный почерк, а затем набрал первый номер. Заеду по дороге домой, возможно удастся уговорить помочь мне.

Через пятнадцать минут я подъезжал к панельной пятиэтажке. Однокомнатную квартиру, которую присмотрела Женя, сдавала бодрая женщина, неопределенного послепенсионного возраста. Как только она открыла мне дверь, я сразу учуял в ней оборотня. Лисица. Она потянула носом, подозрительно сверкнув глазами, но всё же впустила меня. Приветливо улыбаясь, я осмотрел квартиру. Ни за что Женя сюда не переедет. Обветшалая клетушечка, в которой ремонт делали в незапамятные времена, но, кстати говоря, весьма опрятная и чистая. После моего душещипательного рассказа о неземной, но пока безответной любви к Женьке, лисица прониклась и даже пыталась всплакнуть, мне удалось уговорить отказать нам, когда мы приедем сюда повторно. Скажем, послезавтра. И чтобы у женщины не возникло соблазна отказать мне в будущем, я «облагодетельствовал» её символической суммой, в размере полумесячной арендной платы. По окончанию нашего небольшого представления, пообещал ей еще один такой же гонорар. Расстались мы спустя полчаса весьма довольные друг другом.

Дом встретил меня вкусными запахами с кухни и нежным ароматом Жени. Я улыбнулся, слыша, как она в комнате читает Сашке сказку. Её негромкий голос излучал тепло и любовь к ребенку. Раздевшись, первым делом заглянул к ним в комнату:

— Привет, я пришел…

Женька подняла голову и улыбнулась:

— Привет. Мы думали ты будешь чуть позже, и еда еще не совсем готова.

— Ну и не страшно.

Хотелось подойти и обнять их, но всё что я себе позволил, это еще раз пробежаться глазами по практически утонувшей в кресле Женьке и малышу в её руках. Через десять минут, когда я переоделся в домашнее и даже упросил Женьку разрешить мне поиграть с малышом, мне позвонил Серёга и сообщил о интересной информации по нашим поискам. С большой неохотой я вернул Саньку его маме и направился к себе в кабинет. Проторчал я там практически до ночи, прерываясь только на ужин. Перед сном заглянул проверить моих подопечных — оба мирно спали.

В среду утром Женька проводила меня на работу и уверила, что к двум часам они будут готовы, чтобы ехать смотреть квартиру. Я провел пару совещаний, разобрался со всеми рабочими моментами и уже к обеду уехал домой. Серёга посмеивался надо мной третий день, называя «новорожденным подкаблучником». Ничего, придет и твоё время, посмотрю, как ты тогда запоешь. Дома было уютно и по-домашнему тепло. Моя холостяцкая жизнь теперь казалась какой-то далекой и чужой. И это мы еще не официальная пара. Женька улыбнулась, выходя из кухни.