Кассандра тем временем снова воссоздала огненный рой. Теперь это были огромные жужжащие на всю округу то ли осы, то ли что-то похожее.

Маг водной стихии, который отмахнулся от прошлого роя волной, попытался сделать это снова. Но теперь огонь был гораздо сильнее и смел неудачливого колдуна своей мощью. Тот успел выставить щит и лишь благодаря этому остался жив. Правда, большую часть энергетического резерва врагу пришлось истратить.

Но вот чего не учла Кассандра, так это того, что осталась без защиты, ведь создавая рой, скинула с себя пламя, перенаправляя энергию, возвращаясь в телесную оболочку. И тут эта оплошность вышла на руку первому из нападавших…

Кэсс ощутила, как в голову ударило чем-то невероятным. Боль острым клином проникла в мозг, вцепилась в душу, глаза застелила тьма. Девушка без сознания рухнула на песок.

Пользуясь тем, что Вирс спохватился не сразу, атаковавший маг был уже рядом, перевернув пиромантку носком сапога, приподнял за волосы.

– Ну что, Макс, попробуешь теперь меня убить, когда я взял ее вместо щита?

Что-то дёрнулось в Вирсе, когда Кэсс ударило заклинание. Но он не успевал, на какие-то доли секунды, но не успевал защитить ее, прикрыть. Не был он привычен к этому. Привык ведь только за себя сражаться, не обращая внимания на то, что происходит вокруг. Да и некого было ему защищать прежде и незачем.

Тело его переполнила холодная ярость. Оставшихся врагов, за исключением того, что был рядом с девушкой, попросту размазало по песку мощным всплеском темной силы. У них не было шансов, нечего было противопоставить разъяренному чернокнижнику, чей уровень силы и мастерства превосходил их значительно. Теперь же, вытянув руку в сторону последнего мага, чернокнижник направился в его сторону медленными шагами. Пальцы окутались синеватым свечением, постепенно смешиваясь с красным. Лицо вражеского мага, перекошенное ужасом, и руку Вирса, соединил плетеный из черного и красного света поток – чернокнижник парализовал, а вместе с тем вытягивал из врага магию и жизнь. Без магии тот превращается в беспомощную куклу, ну, а без жизни и жизни нет. На высыхающем лбу, прямо на натянутой коже, проступила метка Шайи’тана. Впрочем, Вирс и без того уже понял, кто перед ним. Как только нашли..?

– Я заберу и твою душу, жалкий подкаблучник Тёмного. – Почти рыча, вымолвил чернокнижник.

Кэсс все так же безвольным телом висела в руках ослабевающего мага, не приходя в себя, не пытаясь вырваться, бледная, как полотно.

Но вот под магией Вирса противник не выдержал. Он еще пытался сопротивляться, что-то предпринять, но не смог. Упал замертво, наконец, разжав руку, и Кэсс повалилась рядом. Вирс застыл в оцепенении.

Крича и размахивая руками, прибежал Доджи.

– Бабуся сказала тут беда-беда! Все дела побросала, меня отправила сюда. Говорит скорей-скорей девочку в дом нести.
– Тараторил он. – Говорит, Темный своих приспешников от нее спрятал, что б напасть смогли, не уследила! А те знали-знали, куда вы ушли!

– Да, я уже вижу...
– Небрежно бросил Вирс, скидывая с себя остатки оцепенения. Его глаза кратко вспыхнули синеватым светом и снова вернулись в обычное состояние. Подняв девушку на руки, быстрым шагом направился в сторону домика ведьмы, находу пытаясь понять, что произошло с пироманткой. Ведь на ней не было абсолютно никаких внешних повреждений. Но миг и он-таки понял. Её разум не был защищён... Этим-то и воспользовался один из магов.

Не сдержавшись, Вирс проматерился.

Приоткрыв дверь ногой, чернокнижник занёс Кассандру в дом и окинул комнату взглядом в поисках ведьмы.

Та встретила его весьма радушно... Шибанув мокрой тряпкой по спине. Впрочем, едва ощутимо.

– Бедовый ты, девочку не смог защитить! Не стыдно тебе, чернокнижник ты этакий. – Она выглядела очень взволнованной.

– Не зарывайся, бабка! – Пророкотал темный в ответ. Глаза его вновь полыхали синим. Маг был в ярости.

Снова в избе потемнело. За сгорбленным силуэтом старушки разрослась тень.

– Не забывай, с кем разговариваешь! – Голос женщины был наполнен силой. Маг не мог не ощутить энергию, которой его обдало. И это отрезвило.

Тут же тень схлынула.

– Не забывай. И радуйся, что я понимаю, почему ты сейчас так зол. – Перед ним снова стояла сгорбленная старушка. – Научишься еще ее защищать. Привыкнешь. А теперь быстро в баню, положишь на пол ее и сам рядом и чтоб лицом к лицу, лоб ее к своему прижми.

Вирс последовал указаниям, на ходу размышляя. И когда он стал так переживать за девчонку? Впрочем, одного взгляда на хрупкую фигурку в его руках хватило, чтоб с силой сжать зубы.

Старуха тем временем прихватила лучину и, толкая Вирса вперед, зашла в баню. Пол оказался весь устлан сухими листьями, похожими на кленовые. Воздух был полон дурманящего пара.

– Бедовые вы, ох, бедовые. И я, старая, ох, бабка старая! Ты давай, давай, ложись уже. И я тебе тогда уж сразу скажу, чтоб наперед пуще прежнего берег ее, как самое дорогое! Девочка эта с тобой связана, а ты с ней. Умрет она, и ты вскоре копыта отбросишь. Судьбы ваши уж слишком плотно сплелись. И сила ваша будет рядом друг с другом расти, знай только пользуйся. Противоположности то тянуться друг к другу. Вы как магниты. Вроде и разные совсем, а соеденитеся, так и не разорвешь. И оба еще роль важную сыграете. Ну, а теперь, давай, я тебя к ней пошлю. Уууу!! Ироды!
– Последнее уже относилось не к Вирсу, а к нападавшим.