Что нам сейчас нужно больше всего? Правильно - улететь.

Завозились мы здесь с раскопками сокровищ, и теперь до темноты на броневике нам никак не вернуться. Значит, в приоритете двигатели и всё, что с ними связано. В число уцелевших отсеков они не входили, но и досталось им куда меньше, чем тому же медицинскому отделу. Левый сохранил двадцать три процента прочности, правый чуть больше - около тридцати. Для уверенного взлёта, который, скорее всего, не закончится новым падением, эти показатели следовало довести минимум до пятидесяти. О чём я и напомнил Диане.

Девушка без особого восторга покинула законное место пилота и направилась в хвостовую часть, прихватив с собой простенький ремонтный набор, крепившийся под креслом. Увы помочь ей я при всём желании не мог - Интеллектом не вышел. Змей занялся задачкой посерьёзнее, взявшись за восстановление производственного отдела. О поставках запчастей теперь можно и не заикаться, так что придётся обходиться собственными силами. Самых востребованных ресурсов мы с собой прихватили с запасом, но без рабочего принтера они останутся лишь бесполезными брусками да слитками.

Благо, никаких проблем с переводом интерфейса не предвиделось.

Чтобы хоть как-то себя занять и не маяться от безделья, я принялся за уборку. Это ценных вещей на корабле не хватало, а всякого мусора было просто завались. Всякие засаленные тряпки, ненужные платы, куски непойми чего... Будто здесь бомжи обитали, а не космические пираты. Годящееся на переработку я стаскивал поближе к производственному отделу, а остальное просто и без затей выкидывал наружу. Ничего страшного, вокруг голая пустыня, местная экология не пострадает. По причине своего полного отсутствия.

Погибших людей, коих нашлось семь штук, я завернул в специальную плотную плёнку, но избавляться от тел не стал. Астронавты, все ж таки, а их обычно погребают либо в открытом космосе, либо запускают прямиком в объятья к ближайшей звезде. И пусть от соблюдения канона мне не светило ни малейшего дивиденда, оставлять их в здешних песках отчего-то не хотелось.

Время за работой действительно пролетело незаметно, так что последнюю партию бесполезного хлама я выбрасывал уже в сгущающихся сумерках. Бегло взглянул на показатели корабля - всё шло как нельзя лучше. Производственный отдел и один из двигателей уже вернулись в строй, а второму не хватало каких-то десяти процентов до частичной работоспособности. Реактор тоже успел раскочегариться, и выдавал уже четверть от пиковой мощности - вполне достаточно, чтобы покинуть планету и спокойно залататься в ближайшем поясе астероидов.

Вот только облегчённо выдохнуть никак не получалось. Замерев у грузового шлюза, я прислушался к собственным ощущениям. В груди постепенно нагнеталось чувство непонятного напряжения, обычно знаменующее новую порцию неприятностей. Чуйка активировалась, а она запросто так трезвонить не будет. Значит, что-то я упустил из виду, или просто забыл... И это может отправить к чертям все наши планы.

Но что нам может угрожать прямо сейчас? Для монстров ещё рановато, детское время ещё не закончилось, а кишкоглота сейсмограф засёк бы наверняка... Так, стоп, а кто сейчас за ним следит-то?

– Диана!
– крикнул я на бегу, рванув в сторону рубки.
– Ты видишь показания приборов?

– Каких?
– отозвалась запаханная девушка.
– Где?

Я огромным усилием удержался, чтобы не срифмовать.

– В броневике!

– Нет, я же в корабле прописалась. В чём дело?

– А сейсмограф ты переставила, пилот... звездолёта?!
– прорычал я, врываясь в кабину.

Ответом мне было лишь молчание, да мне и так уже всё было ясно. Мы со Змееростком привыкли, что наша бравая пилотка держит руку на пульсе, а та бросила всё к чертям, завидев место за штурвалом корабля. Данные с приборной панели любого транспорта можно легко отслеживать с помощью нейроинтерфейса, но только с того единственного аппарата, где ты числишься водителем или пилотом. Это и называется привязкой. Пересел на что-то другое - потерял связь.

Всё бы хорошо, вот только среди многочисленных приборов на корвете своего сейсмографа не имелось. Не нужен он ему в базовой комплектации, а угонщики вряд ли рассчитывали, что упадут на обитаемую планету, где под землёй ползают такие левиафаны.

Одним прыжком я запрыгнул в кресло, накинул ремни и активировал двигатели. Плевать, что один ещё не пришёл в норму, риск слишком велик. В прошлый раз червяк играючи поднял мёртвый корабль с глубины, и что помешает ему сейчас затащить его обратно?

Тем более звездолёт последнее время активно подаёт признаки жизни. Нет, надо отсюда сваливать.

Кресло затрясло, перед глазами проплыли системные предупреждения, но главное - корвет всё же сумел приподняться над поверхностью, сбрасывая с себя пласты песка и пыли. Правда, взлетал он как-то кособоко, но это уже мелочи. Теперь даже через обзорный иллюминатор стало видно, что соседние дюны пошли мелкой рябью, и виноват в этом был точно не ветер.

– Кул, там же броневик остался!
– спохватился хакер.