Инга. Здравствуй! Я – твоя смерть. Видишь, я совсем не страшна.

Амаду, застыв на месте, изумленно смотрит на приближающуюся Ингу. Когда девочка, подойдя к телохранителю вплотную, касается его рукой, Инга вздрагивает, как будто от резкого пробуждения, и начинает вертеть головой по сторонам, словно оглядывается. Амаду остается стоять на месте с полотенцем в руках в непонятной прострации.

Инга. Папа!.. Где я?

Метнувшись в сторону, Инга натыкается на Стахова.

Инга. Папа?

Стахов. Это я, я, Игнат… то есть Василий Егорович.

Инга. Вы?

Стахов. Все, все, все хорошо, все, успокойся, успокойся.

Амаду едва заметно раскачиваясь из стороны в сторону, поскрипывает половицами. Стахов испуганно косится на Амаду.

Инга. А, да, все… Здесь кто-то еще?

Стахов. Нет, нет, никого, мы вдвоем, вдвоем.

Инга. Там половицы скрипят.

Стахов. Да нет же, тебе показалось. Здесь старые полы, рассыхаются.

Инга. Вы… вы меня обманываете. В доме кто-то есть. Меня сейчас кто-то душил.

Стахов. Что ты придумываешь? Никто тебя не душил. Тебе это приснилось.

Инга. Приснилось?

Стахов. Да. Ты заснула здесь, на диване, потом вскочила…

Конец ознакомительного фрагмента.