Фокс, сохраняя непроницаемое выражение лица, втягивает носом воздух. Тоскливо ему. Ведь за такое надо морду бить.

Железная Дева почти улыбается докладчику.

— Отличная работа, агент Ламана.

Джерри скромно опускает глазки.

Вот так делаются карьеры.

Далее следует обычная раздача поручений, распределение направлений деятельности, напоминание о необходимости координации, назначение времени и даты Следующего совещания, указания на необходимость тщательнее относиться к уликам и фактам… Понятно, почему Молдеру так уютно в «подвале без окон и дверей» и без блестящих перспектив. Никакие перспективы не заставят его ежедневно выдерживать подобную процедуру.

Потом совещание закрывается. Множественное движение доброй дюжины сотрудников, грохот стульев, возгласы…

Во всей этой суете агент Ламана как-то сразу исчез.

Молдер нашел его у ближайшей в здании кофеварки.

— Джерри! Какого черта ты вытворяешь?!

— Да ладно тебе, не кипятись… — и, как ни в чем не бывало, взялся за чашку. Разве что глотать стал чуть поспешней.

«Странное, давно забытое ощущение. Как в школе у тебя списывали уроки. И ладно бы попросив об этом, — сам бы отдал. Так нет же, тайком, вытащив на переменке тетрадь у тебя из портфеля. А тут еще — „не кипятись“! Он что, совсем ничего не соображает?»

— Джерри! Это мой личный отчет! Широченная дружелюбная улыбка:

— Я думал, ты будешь не против… «Нет, он действительно ничего не соображает. Он, кажется, даже не подозревает, как называется то, что он сделал… Куда ты собрался? Стой!»

Молдер перехватил Джерри за лацкан пиджака и рванул к себе. Видимо, это движение было то ли выразительнее, то ли понятнее, чем слова, ибо Джерри сообразил, что от него требуются какие-то объяснения.

— Да какая разница! Подумаешь, обычные наметки… Я сам заполнил все пробелы… — и гордо одернул пиджак.

Призрак, борясь с искушением заехать по цветущей физиономии, произнес сквозь сцепленные зубы:

— Джерри, ты вломился ко мне в кабинет и украл мою работу!..

Под стальным взглядом бывшего напарника агент Ламана несколько подрастерял жизнерадостность и дружелюбие. С его точки зрения, ситуация была вполне тривиальной.

— В конце концов — ты занимаешься этим делом, чтобы помочь мне. Ты мне и помогаешь, разве нет? — и помчался прочь. На всякий случай.

По дороге он едва не налетел на Скалли, но на этот раз почему-то не выразил желания угостить ее за свой счет. Дэйна проводила талантливого мальчика хмурым взглядом и направилась к Фоксу.

— И что он сказал?

Молдер стоял как оплеванный. Дышал он шумно и тяжело, но формулировку умудрился подобрать исключительно корректную:

— Он извинился. Правда, очень по-своему… Скалли вздохнула и протянула напарнику сложенную вдвое страничку записной книжки.

— Я только что говорила по телефону с Питерсоном, тем инженером… Вот список, который ты просил.

Призрак встряхнул, расправляя, бумажный листок и с удивлением прочитал вслух:

— Одно имя? Брэд Вилчек?

«А я что могу сделать, Молдер?»

— Он ведь предупреждал, что имен будет немного… И еще он подчеркнул, что этот парень ненавидел и презирал Дрейка.

— Но это же слишком очевидно. Если он убил Дрейка — это же мания величия!

— И полностью совпадает с психологическим портретом, который ты составил…

— Полностью… — неуверенно ответил Фокс. «Правильно, Молдер. Как только ответ становится очевидным, он тут же перестает тебе нравиться. Но зато теперь ты займешься работой, а не переживаниями по поводу некоего самоуверенного балбеса. В расследовании мы участвуем официально. Надо ехать к этому Вилчеку. И побыстрее».

Последние фразы они договаривали уже на ходу.

Особняк Брэда Вилчека

Вирджиния

24октября 1993

18:00

До чего приятно иметь дело с богатыми людьми… Адрес Вилчека, выданный справочной службой, выглядел примерно так: Брэд Вилчек, Вирджиния. После второго запроса наши сведения обогатились названием какой-то Роуд. Все равно что сказать — на ранчо дядюшке. Пришлось связываться с секретариатом «EURISKO» и получать там дополнительные разъяснения.

По дороге мне почему-то привиделась мрачная средневековая постройка с крепостной стеной, сторожевыми башнями, подъемным мостом, рвом, заполненным серной кислотой, в которой плавают пираньи-мутанты… А в центре должен одиноко выситься причудливый донжон, на вершине которого Вилчек проводит магические эксперименты.

Может быть, так бы оно и было, не происходи дело в стране, в которой принципиально не может быть ни одного здания старше двухсот — двухсот пятидесяти лет. Правда, кое-что все же вполне укладывается в нарисованную воображением картину. Аллея, ведущая к особняку. А точнее — могучие вековые вязы. Как въехали в этот коридор, в голове тут же мелькнуло — «Вот и Улица Вязов. Теперь не уснуть бы…» Пора завязывать с гамбургерами.