— О Маратаке, — ответил мистер Хамптон. Мы впервые за одиннадцать лет услышали это имя. Мы не говорили о нем больше после того дня в моей комнате. Это слово дома было сродни ругательству. Сердце забилось быстрее. Это ощущалось нереально. Это было невозможно.

— Мы знаем лишь, что это очень плохо, — ответила я.

— И что это возвращалось пару раз, когда поколение Винтеров и Челси получало силы, — закончил Дастин. Я ощущала, что его пульс тоже участился.

Мистер Хамптон нахмурился.

— Это все, что вы знаете?

— Родители не хотели рассказывать нам всего, — сказал Дастин.

Мистер Хамптон покачал головой.

— Мне стоит объяснить все, когда ваши браться вернутся из больницы, — сказал он. — Так будет проще.

— Что у вас за дары? — спросил Доджер.

Я заерзала на месте. Я никому не рассказывала вне наших семей о своем даре или проклятии. Джек, Тревор и Дастин тоже никому не раскрывали тайну. Тревор рассказывал, но ему никто не верил. Я не знала, как люди вне моей семьи и Винтеров отреагируют на факт, что я знала об их чувствах.

Дастин склонился к моему уху.

— Все хорошо, — шепнул он. — Мы вместе, — мне стало немного легче, но это не отменяло факта, что мне придется рассказать им о моем даре.

Дастин почесал татуировку на плече.

— У брата — предсказание, — ответил Дастин. — Но он не может этим управлять.

— Так вы поняли, что демон в Колорадо, — улыбнулся мистер Хамптон. Я ощутила его радость за Тревора, которого он еще не встречал.

— А у тебя? — спросил заинтересованно у меня Доджер.

Я посмотрела на пол. Как мне им сказать? Эй, Доджер, я знаю, что ты сейчас ощущаешь, так что осторожно. Это будет ужасно, и меня убивало то, что нужно было сказать им.

Дастин ответил, опередив меня:

— Аманда — эмпат.

— Ощущает эмоции всех вокруг? — спросил мистер Хамптон. Он уже знал ответ, но хотел, чтобы мы уточнили.

— Отчасти, — ответила я. — Я ощущаю тех, кто близко ко мне.

— Потому тебе нельзя в больницу, — сказал мистер Хамптон, склонившись в кресле за столом. — Ты бы ощущала боль всех пациентов.

Я теребила пальцы, нервно кивая. Дастин собирался рассказать им, что читал мысли, но я не ощущала в нем паники. Я хотела бы вести себя сильнее, как он. Слабость не была лучшим ощущением в мире, и я хотела лишь убежать из этой комнаты.

Дастин прислонился ко мне.

— Ты не слабая, — шепнул он. — Просто ты — человек.

«А ты — нет. Тебя это не тревожит, так почему должно тревожить меня?».

Дастин пожал плечами.

— Потому что ты терпишь то, что ты — единственная девушка в семье, — прошептал он, чтобы слышала только я. — И проще скрывать мысли, чем эмоции, так что это меня не тревожит.

«О, спасибо», — я надеялась, что он уловил сарказм. Его ухмылка показала, что он все понял.

— Какие еще два дара? — спросил мистер Хамптон, прижимая ладонь к подбородку, словно задумавшись.

— Джек — призыватель, — сказал им Дастин. — А я — телепат.

Глаза Доджера расширились.

— Погоди, — нервно сказал он, — ты знаешь, о чем я думаю?

Дастин кивнул, на лице Доджера проступил ужас.

— Твой дар — как у Аманды? — спросил мистер Хамптон.

— О чем вы?

Мистер Хамптон опустил ладони на колени.

— Ты читаешь мысли всех людей рядом с собой или с любого расстояния?

— О, — ответил Дастин. — Я могу прочесть любого в любом месте и времени.

Мистер Хамптон замолк на миг.

— Ты пытался читать родителей?

Дастин вздохнул.

— Да, много раз, но я ничего от них не слышал.

Мистер Хамптон покачал головой.

— Мне не нравится это говорить, но, может, они…

— Нет, — твердо сказал Дастин. — Они не мертвы. Это странно, но я знаю, что они еще живы.

Доджер смотрел на меня. Он переживал за меня. Это было связано с двумя причинами. Во — первых, исчезновение родителей и их поиски. Во — вторых, мой дурацкий дар.

Дастин закатил глаза. Да, я думала, что мой дар — дурацкий. И что?

— Если я поразмышляю об этом, может, пойму, где ваши родители, и что с ними могло случиться, — объяснил мистер Хамптон.

— Вы где — то остановились? — спросил Доджер, встав со стула. Мы тоже встали.

— Нет, — ответил Дастин. — Но, уверен, Джек захочет остановиться в отеле, — скорее в мотеле.