Дастин сел на своей стороне.

— Я тут, Аманда, — успокаивающе сказал он. — Я никуда не ухожу.

Я знала, и от этого было сложнее. Я глубоко вдохнула, расслабляя тело, и открыла глаза. Дастин лег на спину. Его ладонь обхватила мою руку, пока мой разум блуждал. Я должна была сказать ему последнее, пока не оставила его.

«Обещай, что если я не выберусь, ты продолжишь сражаться. Обещай, что ты продолжишь жить, не пострадаешь из — за меня. Мне нужно знать, что ты забудешь обо мне, Дастин. Мне нужно знать, что ты не будешь думать обо мне и жалеть о том, через что мы прошли. Мне нужно, чтобы ты оставил меня».

— Хватит, — выдохнул Дастин. — Я не оставлю тебя, и я не смогу забыть тебя, Аманда.

Я открыла глаза и посмотрела на потолок.

— Прошу, Дастин, — я вздохнула. — Просто скажи, что сможешь жить без меня.

— Нет, — процедил он, — я такое не пообещаю. Хватит делать вид, что ты собираешься умирать, это не так. Я этого не допущу, ясно?

Я закрыла глаза, слезы бесшумно текли по моим щекам.

— Ты не сможешь спасти меня, Дастин. Ты даже Джеку это сказал, так что не ври мне.

— Я не могу перестать думать о тебе, Аманда. Это невозможно, — его голос дрогнул, все усложняя.

«Зачем ты так со мной, Дастин? Мне нужно знать, что ты не зациклишься на моей смерти. Я не могу быть причиной твоей депрессии, если умру, и я не буду причиной твоей смерти».

Сердце Дастина словно разбилось пополам.

— Плохо дело, — сообщил он. — Ведь если ты умрешь, умру и я.

Я прижала ладони к глазам, слезы лились по лицу.

— Нет, — всхлипывала я. — Не говори так, — но если бы мы поменялись местами, я говорила бы так же.

Дастин сел на моей кровати.

— Ладно, — выдавил он. — Я пообещаю сегодня только одно.

Мои слезы прекратились на миг, он смотрел мне в глаза. Я ощущала, как его душа соприкасается с моей, и все мои чувства дико кружились. Его ладонь нежно вытирала слезы, пока он говорил:

— Обещаю, что если ты умрешь, я никогда тебя не забуду. Я люблю тебя больше всех в мире, и я обещаю любить тебя до конца своей жизни, — он лег, и я не успела ответить. — Теперь поспи. Я тебя не оставлю, — заявил он, глядя на потолок.

Я больше не могла спорить. Если я умру, я не хотела, чтобы последними были злые слова. Я закрыла глаза, тело стало легким и сонным. Я не спала довольно давно, и это был мой шанс наверстать упущенное. Мысли стали неразборчивыми, я засыпала.

Это будет сложнее всего в жизни. Я должна пожертвовать собой ради родителей. Если я не справлюсь, мы все умрем. Если я справлюсь, все выживут. Наша судьба была в моих руках, это ужасно пугало. Винтеры и Челси должны жить вечно. Я не хотела быть той, что разрушит наследие, что существовало тысячи поколений. Аманда Челси не будет известна как девушка, убившая своих родителей. Если я не справлюсь, никто не знал, что будет. Мир окажется в хаосе, Челси и Винтеры будут разделены. Мы не остановим зло на Земле. Если я провалюсь, я уничтожу весь мир, и я не могла умереть с таким бременем.

Глава 12

Жар прилил к моему лицу, обжигая желанием бежать. В этот раз было иначе. Я видела не только тьму и огонь. Казалось, с каждым появлением тут это измерение становилось четче. Я замечала мелочи во тьме. Свечи горели в углу комнаты, цветы лежали на дне сцены. Пол становился выше, где заканчивались цветы, они были у сцены. Я услышала странное рычание, четыре далеких голоса проникли в мои уши.

— Аманда, — позвал мужчина. — Уходи. Маратака близко. Прошу, Аманда, уходи.

Я тут же узнала его. Это был мой отец, Грегори Челси. Я не понимала, как скучала по нему, пока он не обратился ко мне.

Другой мужчина заговорил грубее, чем отец.

— Она не хочет уходить, Грегори. Думаю, наши сыновья намеренно послали ее сюда.

Он словно говорил с отвращением. Я быстро узнала Киллиана. Его сразу выдало понимание наших действий.

— Милая, — закричала мама. — Уходи скорее. Ты не знаешь, на что способно это существо.

Я увидела их четко. Впервые за много недель я увидела родителей и Киллиана. Они были привязаны к трем деревянным стульям на сцене. Тьма окружала заложников, и я не могла различить ничего вокруг или за ними. Я видела только Грегори, Ребекку и Киллиана, привязанных к стульям. Я снова уловила низкое рычание, но в этот раз ближе. Нужно было спросить, где они, и уходить. Как мне вырваться из сна? Я не знала, но должна была узнать, где они. Я открыла рот, но звуков не было.

— Где вы? — губами спросила я у отца.

Он покачал головой, не понимая меня.

— Аманда, просто уходи. Что бы ни сказал Джек, не делай этого.

Киллиан встревожился и сильнее разозлился.

— Поверить не могу, что наши сыновья так глупы, — яростно пробормотал он.

Грегори посмотрел на него, а потом перевел взгляд на меня. Его эмоции стали паникой, рычание было четче, чем их голоса.

— Замолкните, — оскалился Маратака. Я впервые увидела его, но, как и с родителями, все вокруг него было черным. Маратака был в облике мужчины. Он решил, видимо, что в облике человека удобнее всего. Хоть он был человеком, некоторые черты не вязались с этим.