Крисс качнулся с пятки на носок, и вместе с тем у противников загорелась обувь. Они начали скакать по арене, инстинктивно пытаясь сбить пламя. Люди такие люди... Они даже не вспомнили, что сейчас они маги и они на арене, а горят не их настоящие тела. Ведь боль, как раз была вполне настоящей. Судьи повскакивали со своих мест и шокированно приникли к стеклянным стенам их ложи, расположенной в центре трибун и со всех сторон изолированной перегородками. Диктор молчал, не зная, что сказать. Судя по всему, он не разделял восторг толпы.

Друг понимал, что нельзя врагам дать время опомниться и что-нибудь предпринять и сделал следующий ход. По их лицам скользнули языки пламени и надрывные вопли боли слились с восхищенными криками зрителей. Крисс выжег врагам глаза. А судьи, кажется, перестали верить своим. Диктор вообще микрофон выронил и стоял с открытым ртом. Зверство? А людям-то нравится...

Крисс повернулся к трибунам, и склонив голову на бок, с понимающей ухмылкой обвел взглядом беснующихся людей. После чего повернулся к искалеченным противникам и опустил голову вниз, скрывая лицо за черными вьющимися волосами. Давай, Крисс! Последний штрих! Я сжала плечо друга, выражая свою поддержку.

Не поднимая головы, он вытащил правую руку из кармана и поднял ее над головой. Зрители замерли, завороженно следя за его жестом. Тихий щелчок пальцами и три воющие фигуры оказались полностью объяты ревущим пламенем, сгорая в нем до тла.

В полной тишине три облачка пепла, плавно кружась, оседали на землю.

Кажется, прошла целая вечность, но на деле не более десяти секунд, и трибуны сотрясло от мощного рева толпы! Да, раньше на арене никогда не убивали. Не смотря на то, что это лишь проекции, но табу есть табу. Убийство есть убийство. И никто не решался на него. До этого дня. Но... Это ведь лишь игра, верно?

– Крисс, если тебе тяжело, ты можешь не оставаться там дальше. Награда в любом случае твоя.
– попыталась я поддержать друга. Кажется, он не меньше судий шокирован своим поступком. Мне стало немного совестно, ведь это я сказала ему, как победить. Но если для меня это норма, то он, кажется, был к такому не готов морально.

Ан нет! Гордо подняв голову, он со злорадной усмешкой посмотрел на останки своих противников, чем привел толпу в еще больший восторг! И когда массовая истерия закончилась, диктор, наконец, обрел дар речи.

– Невероятно! Первая безусловная победа в истории Стихийных игр! И Адский Пес становится новым Повелителем Стихии! А теперь предоставим слово нашему новому победителю!
– на трибунах воцарилось молчание, все ждали слов победителя.

Как-то за тренировками и прочими заботами, я упустила этот момент и не подготовила Крисса к этому финальному этапу. Поэтому, задержав дыхание, следила за дальнейшим развитием событий.

– Уважаемые дамы и господа!
– спокойно и уверенно начал Крисс, скользя взглядом по зрителям.
– Сегодняшняя победа - лишь начало! Начиная со сто тридцатых Стихийных игр, я буду сражаться в составе новой команды. Этих людей вы еще не видели на арене. И, поверьте, теперь этот турнир полностью изменится! Мы перевернем ваш взгляд на привычные вещи! Отныне Стихийные Игры не станут прежними! Спасибо за внимание.
– И с поклоном растворился в огенном смерче.

Зал разорвало это объявление! Шквал эмоций захлестнул людей и не утихал еще долгое время. А мы тем временем поздравляли нашего победителя.

Приняв бурные поздравления от всех, кто присутствовал в комнате, Крисс подхватил меня на руки и закружил по комнате.

– Кнопка! Это было невероятно! Это было невозможно! Это оказалось проще, чем я думал! Это все ты! Щас умру от счастья!
– я весело смеялась, обнимая парня, а отстранившись сказала:

– Рано умирать, солнце! Как ты сам сказал - это лишь начало!
– и обернувшись к остальным друзьям, добавила, - А теперь, скрепя сердце и ощущая смутную тревогу, я объявляю конец сухого закона! Будем праздновать! Только, пожалуйста, больше не давайте мне требовать голову правителя Винсарота. И вообще не выпускайте никого из здания. В идеале.

Последняя моя фраза потонула в громовом хохоте, видимо люди все еще помнили, чем закончилось последнее наше празднование победы Крисса. Ну что ж, замечательно! Осталось выжить!

А тем временем в другой части города, за одним экраном монитора сидели не три, как я думала, а четыре друга. И пока трое из них громко матерились и проклинали Адского Пса, суля ему жестокую расправу в следующем турнире, четвертый молчал, и сузив глаза, смотрел на экран. Там показывали повтор финального боя в режиме замедленной съемки, а его мозг уже привычно просчитывал варианты контратаки и стратегию для следующего боя с этим новым соперником. Второй раз этот номер у него не должен пройти, ведь в следующем турнире он, Кир, тоже будет принимать участие.

Глава 18, где мой цирк продолжает гастролировать.

– Это была последняя попойка! Слышите?! Последняя!!
– уже минут пятнадцать разорялась я.

Мы всей похмельной компанией сидели, обмотанные замагиченными веревками, в бараке для тех, кого будут использовать в жертвоприношении. Как мы здесь оказались? Так парням захотелось поехать "к девочкам"! И так как работницы моего заведения считались "своими", то к "девочкам" они их не относили. А где больше всего сейчас девочек? Ну конечно же, блять, в долбаном Энрифахе, куда мы полетели на эсминце контрабандистов, предвкушающих свидание века и девятую бутылку рома.